Отрывной календарь полностью

После работы уехала в Измайловский сад. Желающих погулять на осеннем ветру под накрапывающим дождиком в понедельник нашлось мало, и замечательно, можно поразмышлять не отвлекаясь на посторонних. Со скульптур вдоль дорожек сада на Наташу смотрели маски с пустыми глазницами, напоминая о том, какую богатую коллекцию съемных личин имела про запас. Вежливая коллега, строгая преподавательница, незаметный покупатель, умная подруга, надменная любовница, и это еще не весь набор. Привычно отыгрывая роли одну за одной, жонглируя настроением, выдает на потребу публике необходимую порцию эмоций, ровно такую, чтобы лишнего не расплескать. Увлекшись нескончаемой буффонадой, живет тихонечко, никому не мешая. Даже самой себе. А где она, настоящая Наташа?

Дорожка привела к Ангелу, который совершенно неожиданно решил, что странный и непредсказуемый Питер теперь безопасен для посланников Высшего разума, и поселился в Измайловском. На минувших выходных состоялось торжественное открытие миниатюрной и трогательной скульптуры, придуманной большим и добрым кукольником, Наташа хотела сходить, забыла про мероприятие. Вспомнила только сейчас, увидев хрупкую фигурку, сидящую на спинке скамейки. Отругала себя: нельзя пропускать те редкие моменты, когда можно видеть, как в город возвращается доброта и вера в лучшее. Пусть даже и случайно…

Присела к Ангелу на лавочку: сидит, читает книжонку, улыбается, как будто все про нее знает. Убрала листик с зонтика, потрогала маленькую коленку. То ли ветер виноват, то ли глаза заслезились от умиления:

– Скажи, что делать, ты же умный?

В следующую секунду, обещая многое, почти над ухом грянули Queen «We will rock you», сердце чуть не разорвалось от неожиданности. Подпрыгнув, повернулась. Девчонка лет двадцати, запутавшись в перчатках, торопясь, доставала из кармана телефон:

– Алло, подруга, ты где? Я уже обледенела ждать? Где? Лечу, родная! Чмоки!

Развернувшись, бегом устремилась к выходу. Разноцветно-полосатый длинный шарф ярким шлейфом развевался в воздухе. Совпадение или нет, но можно считать, что ответ получен. Ангел хитро щурил большие лукавые глаза. Ну что ж, спасибо! Стало понятно, надо действовать:

– Лорик, привет. Как ты?

– Ой, Наташ, привет. Куда пропала? Не звонишь, я уже беспокоиться стала, может заболела?

– Куда ж я могу пропасть? Я замужем за работой, все как всегда. Кстати, ты сейчас сильно занята? Я решила прогуляться по Измайловскому саду, чувствую: тебя не хватает. Можешь подъехать?

– Ты, однако, смелая, в такой ветер гулять!

– Хотела поговорить с тобой, душа просит, понимаешь?

– Понимаю, Нат, конечно встретимся, только не на улице, в тепле посидим. Я сейчас по городу мотаюсь, но планирую скоро закончить. Давай через полчасика приходи в «Текила-бум» за Измайловским мостом. Приеду, и наговоримся всласть.

– Договорились, буду ждать.

Лариса, конечно же, по привычке назначила Наташе встречу в ближайшем от них обеих кафе. По дурацкой сложившейся традиции встречи подруг обычно проходили в общепите, вместо уютных посиделок дома. И Наташа понимала почему. Инициатором стала она. Подсознательно тянуло окунуться в иллюзию жизни, которую создают находящиеся за соседними столиками люди. И нет звенящей тишины, которая остается в ушах после ухода гостей из квартиры и разбивает ультразвуком хрупкую радость состоявшегося общения.

Наташа сделала еще один «круг почета» по дорожкам, останавливаясь около скульптур, мысленно представляя, как холодный ветер срывает с лица очередную маску, впечатывая навсегда в ту, которая перед глазами. Пусть останется только настоящая она и реальный мир.

На выходе из сада замедлила шаги. Саша. Пока не позвонит ему, не выйдет. Даже если окоченеет насмерть. Прислонилась спиной к решетке, набрала номер.

– Здравствуй, я не отвлекаю тебя?

– Привет. Спасибо, что отвлекаешь. Работаю.

Только не молчать. С духом собираться поздно, надо сделать то, что хотела. И пусть, что это тяжелее, чем вагоны разгружать.

– Саша, прости меня. Я не буду оправдываться, знаю, что натворила. Повторюсь, я – эгоистичная дура. Мне очень стыдно перед тобой… Если не простишь, пойму. Это твое право. Просто знай, что я все понимаю и больше не буду тебя обижать.

В ухо – щелчок зажигалки. Спасибо, что ветер утих хоть ненадолго, не перебивает. Слышно, как Саша выдохнул дым. Или вздохнул? Все, хватит, слишком много внимания привлекаю к своей персоне:

– Извини, что побеспокоила. Спасибо тебе…

– Наташ, ты такой ребенок еще…

Ожидала чего угодно, но не отеческого «Ай-яй-яй». Как старший брат! Серега так же всегда начинает нравоучения.

– Что?!

– Ты имеешь право выражать чувства так, как считаешь нужным. И я имею право говорить то, что считаю нужным. А если мы оба делаем то, что нужно, то за что извиняться?

– Ну… я тебя обидела…

– А я тебя нет? Извиняешься только потому, что очень больно. Мне надо просить прощения, а не тебе. И… спасибо. – Саша слегка споткнулся. – Ты оказалась сильнее, чем я думал. Это мне урок.