Лиса кивнула головой назад. Более чуткий женский слух услышал за спиной топот копыт и скрип колес. Тут же залаяли собаки. Из леса выехал полицейский наряд, позади, в телеге, находились свидетели ночного пожара. Среди них был и Самсон. Лиса вскочила на ноги и подкладка тут же была унесена ветром вместе с робкой надеждой, что все обойдется само собой.
Брат с сестрой пошли навстречу. Опасно вести беседу рядом с краем Земли. Если собеседники не подготовлены, может возникнуть паника. Отряд спешился. Самый старший молча сделал повелевающий жест рукой и все бездомные, нищие, пьяные интеллигенты и один уродец, беспрерывно хохотавшие до этого, слезли с телеги, недовольно разглядывая местных жителей. Некоторые с опаской посматривали на край Земли и нервно топтались на месте.
— Многоуважаемый, — обратился старший офицер, мучившийся началом сильного похмелья.
Тут он замолчал, с любопытством глядя то на лицо Лисы, то Андре.
— Мы вчера подрались, — сообщил Андре, — мы часто деремся.
— Ага, понятно… Бывает… Так, значит… Сегодня ночью в городе произошло убийство пяти человек. Еще двое находятся в больнице с сильнейшими ожогами. Один, наш коллега, пропал без вести.
Офицер предоставил ровно столько времени, сколько нужно для осознания сказанного. При этом он не отрывал глаз от Андре.
— Так же был осуществлен поджог бродячего цирка, а с полицейского участка угнан дозорный воздушный шар… Извините.
Он отстегнул от пояса фляжку и сделал несколько больших глотков. В ожидании действия содержимого, он продолжил:
— Вам ничего не известно об этом вопиющем инциденте?
— Простите, господин офицер, как вы сказали? — нахмурился Андре.
— Понятно, — полицейский сжал губы, — где вы были сегодня ночью?
— У себя дома.
— Утром отлучались куда-нибудь?
Следы! Свежие следы от копыт на дороге!
— На охоту ездил, — ответил Андре, и добавил, — с ружьем.
Лиса чуть улыбнулась — молодец!
— В дождь?
— Мясо закончилось.
— Подстрелили кого-нибудь?
— Два раза промахнулся.
Полицейский раздраженно нахмурился и махнул рукой. Весь сброд, называемый свидетелями, выстроился в неровную шеренгу.
— Кто из вас видел этого господина? — властным голосом спросил полицейский.
Толпа зашумела. Каждый пытался вспомнить очертания лица, в надежде на обещанную награду.
— А! — воскликнул один, — Я его опознал! Он на рынке мясом торгует! Точно говорю.
Полицейский бросил взгляд на говорящего, потом на Андре.
— Торгую, — согласился Андре, — но больше в долг не отпускаю.
Свидетель, осознав свою ошибку, охнул.
— Иди сюда, — полицейский поманил пальцем Самсона.
Уродец, полный достоинства, не спеша приблизился, и тут же получил подзатыльник за нерасторопность. Свидетели захохотали, часть полицейских засмеялась, другие хмуро отвели глаза.
Лиса тихо ахнула.
Самсон бросил на нее взгляд и чуть не расплакался — на девушку было жалко смотреть. Неужели Игнатий способен на такое?
— Мадам, простите, работа такая, — полицейский обратился к Андре, — продолжим?
Андре кивнул, чувствуя, как колотится сердце.
— Что скажешь? Узнаешь этого господина?
— Как не узнать? — криво улыбнулся Самсон, — Такого, да не узнаешь!
И замолчал, разглядывая свои грубые ладони.
— Ну! — нетерпеливо прикрикнул полицейский.
— А, да! Пили давеча с этим… как вы сказали… господином.
Сброд захохотал, найдя в этой фразе тонкий юмор.
— Молчать! — полицейский поднял руку, но встретив умоляющий взгляд Лисы, тут же опустил, — Этот человек выходил утром из собора?
— Никак нет, — покачал головой Самсон, — тот был высокий такой, красивый. А этот?
— То есть, ты не узнаешь в этом господине поджигателя цирка…
Он наклонился ниже.
— … и твоей работы? — добавил он вкрадчиво.
Самсон дернулся всем телом, будто у него внутри что-то сломалось, на глазах выступили слезы.
— Если бы мой друг Игнатий сейчас явился нам, недостойным, он бы свидетельствовал о непричастности этого господина к своей смерти и смерти его многоуважаемого брата.
Офицер скривился от такой речи, при этом абсолютно не веря Самсону.
— Правду говорят, слово недочеловека не вернее весеннего льда, — сообщил он с презрением.
И вдруг схватил уродца за шкирку и потащил к краю Земли походкой пьяного полицейского.
— Что вы делаете? — крикнул Андре.
— Посторонись!
Отряд защелкал затворами.
— Не надо! — Лиса закрыла лицо ладонями.
— Сейчас все станет на свои места, — пообещал офицер.
Но когда Андре уже был готов признаться в содеянном, а до края Земли оставалось не более пятнадцати метров, полицейский остановился. Впереди открывалось то, что никогда не вставало перед его взором, а именно — пространство без привычного горизонта и заполненное, как он потом рассказывал, верхними и нижними облаками. А нижние, словно горы внизу, и ты летишь над ними, беззащитный и беспомощный, готовый упасть в любой момент и разбиться о заснеженные вершины. Даже самый большой водопад на Земле, что посчастливилось ему видеть в детстве, не шел ни в какое сравнение по величию и необъятностью, чем все
— Господи, помилуй, — произнес он, невольно пятясь назад и волоча по земле несчастного уродца.
