По трубам снова побежал ветер. Железный ящик с телом Корнилова закрылся и отъехал на прежнее место. Однако не остановился, а задвинулся вглубь стены и отправился куда-то дальше. И вся процессия также проследовала за ним, по коридору, в одно из соседних помещений, большую часть которого занимала огромная печь. Точнее, нечто вроде громадной микроволновки, где за несколькими слоями толстого жаростойкого стекла в буквальном смысле выгорало все живое.
— Код три шестнадцать выполняем, — сообщил голос по рации.
После чего Геращенков, а за ним и остальные сняли головные уборы, у кого они были.
— Код три шестнадцать выполнено, — добавил тот же голос.
— И слава богу! — в словах Геращенкова впервые послышалось нечто неформальное. — Как говорится, нет человека — нет проблемы! Напомните-ка, кто это сказал?
Многие заулыбались. Но сотрудник морга со стопкой бумаг был серьезен:
— Еще одна подпись, — напомнил он.
— Да-да, продолжить официально считать Корнилова Игоря Ивановича пропавшим без вести, — проговорил Геращенков и поставил очередную размашистую закорючку. — Чистая формальность… Что-то еще?
— А что с Бурлаком? — спросил кто-то.
— С Бурлаком? Ничего. Пусть лежит, где лежит. И тоже считается пропавшим. Пока.
Саманта Джонс, а в прошлом Елена Корнилова, уже какое-то время проживала в Соединенных Штатах Америки. Скромный домик в местечке Мьюир-Бич на берегу залива Сан-Франциско ничем не выделялся на фоне окружающих строений. Однако для одного человека и в сравнении с типовой двушкой в Ховрино, откуда женщина сюда и перебралась, он мог показаться даже исполнением американской мечты.
Хозяйка дома нигде не работала, подолгу гуляла вдоль океана с целым выводком симпатичных мопсов, а по вечерам занималась аргентинским танго и баловала нескольких новых подруг, живущих по соседству, разными кулинарными изысками.
На что жила Елена Васильевна? Остались кое-какие накопления, еще от жизни в далекой и снежной России, с ныне покойным мужем, вспоминать про которого она не любила. Вдобавок на прошлой неделе женщина неожиданно выиграла в лотерею — еще одно хобби, за которым она коротала здесь вечера, — круиз по Карибскому морю. А пару лет назад получила крупное возмещение из-за короткого замыкания, устроившего небольшой пожар в ее предыдущем доме. Ничего страшного, но на деньги от страховой она и купила нынешнее жилище. Все официально. Никакого криминала. Можно было только порадоваться за нашу бывшую соотечественницу…
Сообщение о том, что Игоря Корнилова больше нет, пришло, когда «Саманта» готовила ужин. Вытерев руки о фартук и пробежав глазами короткое послание в защищенном мессенджере, новоиспеченная вдова ответила «ОК» и продолжила треп с подругами.
Оксана Бурлак была замужем за капитаном убойного отдела московского полицейского главка Юрой Бурлаком. По слухам, он погиб при исполнении, в разборке с бандитами, лет через пять после исчезновения офицера ФСБ Игоря Корнилова. Но официально — оба пропали без вести. И, кажется, ничего больше этих двоих и не связывало. Вот только выражение лица Игоря Ивановича чем-то неуловимо напоминало Викентия Саввича Двуреченского — того самого, из прошлого! А Юрий Владимирович хмурился точь-в-точь как Жора Ратманов, предотвративший цареубийство в 1913-м! Впрочем, если задаться целью, сходство можно найти и у Бурлака с Двуреченским, и у Корнилова с Ратмановым… Все люди — братья, а любое совпадение с реальными историческими персонажами следует считать случайным!
Факт в том, что Оксана Александровна, не в пример Елене Васильевне, получив извещение о пропаже мужа, заплакала и сделала это вполне искренне. Тут же стоял и лучший друг Бурлака, тоже опер, Петя Рогинский. И даже токсичный начальник мужа, обычно разговаривавший только матом, полковник Кукуян, расстрогался и долго не мог подобрать нужные слова:
— Это… ну это… как его… от нас… от всего отдела… от товарищей… и руководства… примите это… — он даже смахнул слезу. — Такие, как Юра… такие, в общем-то, молодцы, орлы… раз в сто лет рождаются! — резюмировал начальник.
И был по-своему прав.
Знакомьтесь… Ратманов Георгии Константинович, по состоянию на середину 1913 года — вольнонаемный агент Московской сыскной полиции, а в недавнем прошлом более известный как Жора Гимназист — преступник в шайке «ивана»[10] средней руки по прозвищу Хряк, а затем подельник главаря еще более заметной банды, Матвея Ивановича Скурихина по кличке Казак.
По ходатайству чиновника для поручений при главе московского сыска Двуреченского был принят в особый отряд, который занимался охранением царственных особ во время небывалых по размаху Романовских торжеств. Такая служба могла сулить амнистию за все прежние прегрешения, но реальность даже превзошла ожидания.
27 мая 1913 года во время проводов императорской семьи с Александровского (ныне Белорусского) вокзала Москвы в столичный Санкт-Петербург Ратманов предотвратил покушение на первое лицо, а вскоре и сам оказался на первых полосах всех газет! И вот как это было…
