Что же касается послевоенной жизни С., то главное в ней связано с А. Твардовским. По рекомендации, вероятнее всего, М. Лифшица, которому Твардовский безраздельно доверял, С. пришел в «Новый мир» в 1950 году, чтобы вылететь из него вслед за главным редактором в 1954-м. И вновь вернулся в ту же редакцию в 1958 году в роли члена редакционной коллегии, который, как это в «Новом мире» было принято, помимо участия в принятии стратегических решений, вел и отдельные политически рискованные публикации — например, воспоминания адмирала Исакова, генерала Горбатова, произведения В. Некрасова и В. Войновича.
А. Солженицын, безо всякой симпатии и благодарности относившийся к руководителям приютившего его журнала, рисует образ С. исключительно негативными красками, вернее одной только краской: «мутно угодливый Сац», «собутыльник, мутный И. А. Сац, шурин и посмертный оруженосец шутовского Луначарского»[2528]. Да и В. Войнович, сам с С. не раз выпивавший, напоминает: «В „Новом мире“ его не любили и даже поговаривали то, чего я повторять не буду».
Нет смысла, думается, и нам повторять неподтвержденные подозрения. Достаточно знать, что до Твардовского эти слухи либо не доходили, либо он не брал их на веру. Как бы там ни было, С., один из немногих, был с Твардовским на ты, и феврале 1970 его увольнение из редакции вместе с А. Кондратовичем, В. Лакшиным, И. Виноградовым стало знаком, что пора и самому главному редактору на выход.
О том, как прошли последние десять лет жизни мирного пенсионера, надежных свидетельств нет, если не считать того, что в 1980 году вышел очередной двухтомник Луначарского, где С. в последний раз выступил в качестве и составителя, и комментатора. Его немногочисленные статьи, за десятилетия разбросанные по периодике, так собраны и не были. И,
к сожалению, —
Родившись в Женеве в семье профессиональных революционеров-политэмигрантов, С. свое детство провел на Ленских приисках, куда вернувшиеся в Россию родители были сосланы на каторгу, сменившуюся вечным поселением, и псевдоним себе он взял по Саянскому хребту. Литературный дебют был связан со стихами: сборники «Фартовые года» (Л., 1926) и «Комсомольские стихи» (М., 1928), — и литературной критикой: книги «Современные литературные группировки» (Л., 1928), «От классиков к современности» (Л., 1929). С 1934 года постоянно жил в Ленинграде, где сделал неплохую литературную карьеру, получив, уже при первой раздаче писательских наград, орден «Знак Почета» (1939) и редактируя сначала журнал «Ленинград» (1942–1944), а затем «Звезда» (1945–1946).
Именно здесь, в сдвоенном 5–6 номере за 1946 год, был (без согласования с автором) помещен рассказ М. Зощенко «Приключения обезьяны», уже печатавшийся ранее в журнале «Мурзилка» (1945. № 12) и в трех подряд сборниках зощенковской прозы. С. не сносить бы головы, однако 26 июня 1946 года, то есть за полтора месяца до смертоносного Постановления ЦК ВКП(б) «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“», датированного 14 августа, он по решению Ленинградского горкома партии уступил пост ответственного редактора П. Капице, став (вместе, кстати, с Зощенко) всего лишь одним из членов редколлегии журнала.
Так что репрессии обошли С. стороной — возможно, еще и потому, что он, будучи с 1943 года секретным агентом НКГБ под кличкой «Гусар», использовался в 1945 году «в разработке Ахматовой по Москве»[2530]. И это многое объясняет — например, то, что в 1949 году его роман «Небо и земля» отметили Сталинской премией 3-й степени, а в апреле 1953 года именно С. было доверено опубликовать все в той же «Звезде» прочувствованную статью «Великий друг советской литературы» на смерть Сталина. Однако от пагубной болезни русских писателей это С. не уберегло, что и выразилось в известной эпиграмме: «Встретил я Саянова / трезвого, не пьяного. / Саянова? Не пьяного? / Ну, значит, не Саянова».
Соч.: Статьи и воспоминания. М.: Сов. писатель, 1958; Стихотворения и поэмы. Л.: Сов. писатель, 1966 (Библиотека поэта: Большая серия); Лена: Роман. В 2 кн. М.: ДАС, 1993.
Лит.:
