Однако, —
Что ж, судьба. Внезапно оборванная джипом, в промозглый ноябрьский вечер сбившим поэта на московской улице. И продолженная книгами, к которым обращаются и будут еще обращаться те немногие, кому они действительно нужны.
Соч.: Розы: Поэма. М.: Арго-Риск, 1996; Omnibus: Альбом для марок. Портреты. О Бродском. Рассказики. М.: Новое лит. обозрение, 1997, 2013; Изгнание бесов: Рассказики вперемежку со стихами. М.: Новое лит. обозрение, 2000; Звездокол: Избранные переводы. М.: Летний сад, 2008; Монеты варварского чекана на территории от Балкан до Средней Азии: Каталог коллекции А. Я. Сергеева. М.: ГИМ, 2012.
Лит.:
Сейчас С.-Ц. почти забыт. Sic transit gloria mundi. А gloria все-таки была, так что и проходить было чему, поскольку, дебютировав стихотворной книжкой с характерным названием «Думы и грезы» (Павлоград, 1901), С.-Ц. вначале приобрел известность как прозаик-декадент, и критики писали о нем как о «поэте солнечных пятен» или «поэте безволия». Но достаточно быстро он нашел себя в реалистическом, а после романа «Бабаев» (1908) уже и в монументально-реалистическом письме, чему подтверждение начатый еще в 1914 году эпический цикл «Преображение России», куда входят двенадцать романов, три повести и два этюда, объединенных несколькими действующими лицами и рассказывающих о времени от начала Первой мировой войны до Февральской революции. «Преображению России», создававшемуся более 40 лет до самой смерти писателя, по масштабности и по объему не слишком уступает и историческая эпопея «Севастопольская страда» (1600 страниц в 9 частях)[2617].
И, надо полагать, этот монументальный стиль в наибольшей мере соответствовал нормативам сталинской эстетики, так как при первой же раздаче наград советским писателям С.-Ц. получил орден «Знак Почета» (1939). Еще через два года, в 1941-м, «Севастопольская страда» была удостоена Сталинской премии 1-й степени — в одном ряду с «Петром Первым» А. Толстого и «Тихим Доном» М. Шолохова. И наконец, еще через два года, в 1943-м, С.-Ц. стал (без защиты диссертации) доктором филологических наук и академиком АН СССР — вместе с А. Корнейчуком и опять-таки вослед А. Толстому и М. Шолохову, увенчанным академическими лаврами еще в 1939 году.
Так формировался высший круг советской литературной элиты: Шолохов, А. Толстой, С.-Ц. (ну и Корнейчук, конечно). Общественными повинностями нашего классика, почти безвылазно жившего в Крыму, в общем-то не отягощали, хотя власть иногда все-таки прибегала к его авторитету — так, именно С.-Ц. в 1954 году, в ответ на запрос Шведской академии, было поручено рекомендовать Шолохова на соискание Нобелевской премии.
В Алуште, где теперь Дом-музей, он и похоронен. Его именем названы улицы в Тамбове, Севастополе, Симферополе и, разумеется, в Алуште. А книги… Книги, действительно, почти не переиздаются.
Соч.: Собр. соч.: В 12 т. М.: Правда, 1967; Лесная топь. М.: Книга по требованию, 2011; Печаль полей. М.: Книга по требованию, 2011; Бурная весна. Горячее лето: Романы. Харьков: Фолио, 2014; Зауряд-полк. Лютая зима: Романы. Харьков: Фолио, 2014; Пристав Дерябин. Пушки выдвигают: Романы. Харьков: Фолио, 2014; Пушки заговорили. Утренний взрыв: Романы. Харьков: Фолио, 2014.
Лит.:
