Ида включила свет, и я смогла рассмотреть маленькое помещение. Оно было вдвое меньше магазинной подсобки. Связанные пленники лежали в углу с завязанными глазами и ртами. Пахло сыростью и кровью. На небольших полочках стояли какие-то банки, вдоль стен находились мешки с неизвестным содержимым. Почти все поверхности были покрыты тонкой коркой льда. Неудивительно, на такой глубине уже располагалась вечная мерзлота.
– Говорить будем мы с Филиппом, – сказала Темза неожиданно серьёзным голосом.
Мы кивнули. Ида подошла к главарю, взяла его за волосы и ледяным тоном отчеканила:
– Если попробуете что-нибудь выкинуть, с моими когтями познакомится не только твоё лицо, но и кое-что более драгоценное.
Затем она резко отодрала скотч с его губ и отошла в тень. Теми взяла ветхий стул и села напротив пленника.
– Если вы рассчитываете получить от нас информацию, то иначе, как глупцами, вас не назовёшь, – пробормотал самый высокий и сплюнул кровь на земляной пол.
Журналистка холодно хохотнула:
– Перестань говорить, как мученик. Мы здесь только ради сделки. Как тебя зовут?
Но пленник не ответил. Два остальных его приятеля поглядывали на нас с ужасом. Главарь же медленно перевёл взгляд на меня и, ехидно улыбнувшись, спросил:
– Наверное, соскучилась по сестричке? А, Юнона?
Я почувствовала, как волна горячей ярости разливается внутри грудной клетки.
– Небось гадаешь, жива ли несчастная Агата. Надеюсь, им с твоим папашей весело в аду.
Сил сдерживаться не было. Я дёрнулась в его сторону, но Филипп схватил меня за локоть и остановил.
– Ты думаешь, мы поведёмся на подобный блеф? – детектив отпустил мою руку и подошёл к пленнику.
А затем достал пистолет, присел на корточки и приставил оружие к колену незнакомца. Ехидная ухмылка с его лица пропала.
– Вы можете угрожать и пытать нас сколько угодно. Это бесполезно. Мы ничего не скажем.
Темза хохотнула:
– Никто не собирался никого пытать. Но, конечно же, если будете сопротивляться, мирно разойтись не получится.
Пленник молчал, а потому журналистка подалась вперёд и продолжила:
– Вот, как всё будет. Начну с плохих новостей. Если вы не согласитесь, то увы-увы, нам придётся спалить этот жалкий дом и магазин. И вас, следовательно, тоже.
Ида бросила на Теми уничижительный взгляд. Судя по всему, ей, как и нам, такие подробности были неизвестны.
– А затем я напишу разгромную статью о ваших хозяевах, где опубликую все подробности жутких экспериментов, похищений детей и попыток повесить на невинную девушку убийство.
Уголки губ главаря опустились ещё ниже.
– Насколько я поняла, это для вас пострашнее смерти.
– Ты хитришь, – басовито нарушил тишину пленник, – у тебя нет доказательств. А без достаточных оснований твоему жалкому изданию никто не поверит.
Филипп усмехнулся, выдержал паузу и спокойно сказал:
– У вас устаревшая информация. Валер Сафи перед смертью связался с нами. И предоставил все необходимые улики.
На секунду брови мужчины поползли наверх, а затем его лицо стало снова невозмутимым. Однако, его спутники не были такими искусными лгунами. По их лицам было видно: Филипп попал в точку.
– Ну а если вы этого не хотите, просто ответьте на пару вопросов.
– И что потом? Убьёте нас?
– Ни в коем случае, – ответила Теми, – сядете на свой снегоход и уедете туда, откуда приехали. Но если попробуете снова сунуться к кому-нибудь из нас, то…
Журналистка провела большим пальцем по шее. И это значило вовсе не убийство.
Главарь несколько мгновений сверлил взглядом Теми, а затем скривился и прошипел:
– Делайте, что хотите. Жгите, убивайте. Мы вам ничего не скажем.
Ида тяжело вздохнула и скучающе сказала:
– Ну вот, как обычно, приходится всё делать самой.
Она сняла капюшон и направилась к незнакомцу, который сидел ближе к ней и сверлил её перепуганным взглядом. Ида присела, достала кляп из его рта и холодно спросила:
– Ты тоже не хочешь ничего рассказать?
– Я ничего не знаю! – пролепетал тот. – Мы только выполняли задание!
И ещё один тяжёлый вздох. Ида слегка склонила голову, выставила вперёд указательный и средний палец, а затем закрыла глаза.
– Значит, пожаров и пуль наши гости не боятся, – бормотала она, – а как насчет этого?
Ида медленно расстегнула куртку пленника до груди, неспеша поднесла ладонь к сердцу и прикоснулась пальцами к чёрной мужской рубашке.
– Что ты делаешь? – испуганно взвизгнул незнакомец.
– Уверена, тебе понравится, – загробным голосом шептала Ида, всё сильнее вдавливая подушечки пальцев в грудную клетку.
Я бегло осмотрела нашу компанию. Гарьер отчаянно пытался не выдавать удивления, но даже в приглушенном свете было видно: он очень заинтересован и поражён. Во взгляде Теми была лёгкая грусть. А Феликс, как обычно, не показывал никаких эмоций.
– Не переживай так сильно, а то ещё сердечный приступ получишь, – шептала Ида с лёгкой безумной улыбкой, – если я увлекусь, у нас тут и медик имеется.
Теми фыркнула, Феликс слегка скривился. Ему явно было не по душе оказывать помощь мерзавцу.
Вдруг мужчина стал жадно хватать губами воздух.
– Хватит!.. Холодно!.. – умолял он на выдохе.
