– Если постараемся подойти поближе – нас точно заметят. С другой стороны, мне бы не хотелось ползти на животе миль десять по траве. Предлагаю послать Феакса. Его размер позволяет… О-о-ой! Ты, маленький дьявол…
Светский Лев впился когтями прямиком в бедро инженера, а затем спрыгнул на землю.
– Ты смеешься надо мной! Я никогда не позволяю людишкам смеяться надо мной! Хоть и маленький, я все-таки лев! – промяукал он.
– Ладно-ладно, и вовсе я не насмехался. А, наоборот, сказал, что твой рост идеально подходит для лазутчика; никто, ни один зверь или человек, не сможет пробраться в лагерь лучше тебя!
– А это совсем другое дело. Извини, что цапнул.
Успокоенный Феакс широкими шажками двинулся сквозь траву и моментально скрылся в ней. Остальные постарались устроиться поудобнее, чтобы дожидаться возвращения льва; некоторые спешились, некоторые остались в седлах, ели, курили или болтали. Лошади мирно пощипывали траву. Хобарт старательно избегал разговора с Аргумендой и Хорватом, опасаясь быть неосмотрительно вовлеченным в очередное деяние или дерзость. Он попытался заснуть, но по прошествии нескольких часов занервничал. Солнце давно село, когда наконец, шатаясь от усталости, появился Феакс с языком на плече.
– Лошади! Лошади, лошади вокруг всего лагеря! Паратайские, маратайские и даже из Логайи! Я узнал сбрую, – еле выговорил он.
– Так, и что же тут делают логайские лошади? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Хобарт. – Признаки битвы есть, Феакс?
– Нет, все спокойно. В лагере люди поют.
Озадаченный Хобарт вздохнул:
– Похоже, нам все-таки придется решать по обстановке на месте. Эй, все по коням! Когда подъедем ближе, будьте готовы скакать во весь опор, если на нас попытаются напасть.
Они обошли несколько обозов с запасами, везде их встречали приветливыми взмахами рук. Никаких следов крови или беспорядка видно не было. Как и говорил Феакс, повсюду виднелись лошади, стоящие стройными рядами. Пробираясь между ними, Хобарт вдруг заметил человека и узнал одного из королевских грумов Логайи.
– Эй, что ты здесь делаешь, Глауком? – крикнул он.
– Не знаю, господин. Я пришел с королем Гордиусом, потому что так было велено, – ответил юноша.
Во главе отряда Хобарт продолжил путь к главным воротам. Его заметили, не успел он и порога переступить, грянули трубы, пение и прочие звуки веселья смолкли, и наружу высыпала толпа людей.
Хобарт натянул поводья и приготовился развернуть лошадь, если потребуется, но встречающие не проявляли никаких признаков вражды. Впереди в окружении телохранителей и знаменосцев стояли четверо: Саньеш, король Гордиус, экс-генерал Воланос в костюме варвара, с короткими блондинистыми кудрями, торчащими во все стороны, и очень старый варвар, передвигающийся с палкой. Затем случилось то, чего Хобарт боялся больше, чем битвы: все четверо высокопоставленных лиц воскликнули, как один: «Хайль, Роллин, король королей!»
У Хобарта было секунд пять на то, чтобы удрать, но он потерял их, собираясь с мыслями. Потом их окружили, Аргуменда упала в объятия отца, а его активно стащили с лошади. Когда приветственная суматоха улеглась, король Гордиус крепко сжал его руку и произнес:
– Я знал, что ты спасешь ее, мой мальчик! А поскольку ты теперь король всей Логайи и хан паратаев, хан Ховинд – вот он… – король указал на старичка с палкой, – так вот, хан Ховинд вместе с сыном согласились, что единственным разумным решением является провозглашение тебя королем королей, ханом ханов трех наших стран!
– Но я не хочу быть королем королей… – вяло начал Хобарт.
– Глупости, сынок! Только ты можешь им стать.
Не выпуская руки инженера, король повел его через ворота внутрь лагеря.
– Понимаешь, раньше нам все никак не удавалось провернуть это, поскольку маратаи не принимали паратайского или логайского вождя; жители Логайи – паратайского или маратайского и так далее, хе-хе. Ты же не относишься ни к одним, ни к другим: странник с волосами, как у варваров, и цивилизованными манерами, как грубо обозвал тебя мой сын Аксиус, – невозможный человек в одежде несуществующего цвета, и в придачу отважный герой. Ты единственный способен позаботиться о наших народах, остановить дурацкие междоусобные войны и действительно превратить нас в единую процветающую страну!
– Мы моожем сделать ее еще боольше, великий хан, – добавил скрипучим голосом хан Ховинд, – завооевать дикую Теооирию…
– Я уверен, – встрял Гордиус, – что Пситорис не откажется, если пригласить…
– Даже если и ооткажется, все равно заставим…
– И обязательно надо захватить золотой город Плах, там центр торговых путей в Гань Жень…
– Еще нам нужны Поогребальноовые гооры для, как вы гоовоорите, стратегическоого укрепления…