Несмотря на решительность Коль-Кара, гоблины не собирались расходиться, хотя заметно поумерили свой пыл. И тогда мой зеленый компаньон целеустремленно шагнул в толпу, грубо растолкав вставших на его пути сородичей, махнул нам, и мы с Альгоем направились следом, углубившись в плотный коридор из гоблинов, испепелявших нас ненавистными взглядами. Так и казалось, что они, невзирая на присутствие Коль-Кара, вот-вот набросятся на нас и разорвут в клочки. Но что-то удерживало их от всезатмевающего желания напиться нашей крови. И это было далеко не милосердие.
Прорвавшись сквозь толпу, мы двинулись через стойбище на север. Лишь сейчас появилась возможность рассмотреть необычное селение. В нем проживало не меньше сотни гоблинов обоих полов и различного возраста. Воинов как таковых было немного — десятка два, но даже самки и дети носили при себе оружие: костяные кинжалы или на худой конец примитивные деревянные дубинки. Был у них и свой шаман — старик, очень похожий на Пакин-Чака.
Гоблины жили в юртах, изготовленных из шкур, вели примитивное хозяйство, о чем красноречиво говорили небольшие огороды и нечто похожее на мастерскую у самой реки…
Я украдкой взглянул на карту.
Воспользовавшись Тропой Предков — своеобразной гоблинской магией телепортации, — мы преодолели большую часть пути и оказались на самом севере Бескрайних степей у подножия гор Гиндеран. Река перед нами являлась знакомым мне Арагиром. Правда, в этой части материка она была совсем узкая, бурная и местами настолько мелкая, что над гладью торчали обкатанные водой валуны. До метки, указывавшей местоположение Кареоки, оставалось пройти всего пару километров. И что особо радовало, Арсвид — одна из целей моего путешествия — так же находился совсем рядом: дня два пути на север через горы.
В отличие от меня Альгой поленился взглянуть на карту и с нескрываемым недовольством спросил у Коль-Кара:
— Куда ты нас притащил?
Мои ожидания не оправдались: алхимик с первого взгляда невзлюбил молодого гоблина. И тот отвечал ему взаимностью.
Но ответил спокойно:
— Это стойбище моего родного племени Сат-Хе.
— Не очень-то рады здесь видеть такого родственничка, как я погляжу, — усмехнулся алхимик.
— Еще бы! — не стал спорить Коль-Кар. — Я ведь привел с собой двух улькенов, которых ни убить, ни сожрать нельзя. И знаешь почему? Потому что я против. Но ведь я могу и передумать, — оскалился он недобро.
— Почему вы так не любите нас, людей? — спросил Альгой.
— А за что вас любить? За то, что вы нас истребляете? Что взять с бедного гоблина, живущего впроголодь? У нас нет ни золота, ни других богатств. Но вы приходите к нам и все равно убиваете. Всех: детей, стариков, наших женщин. Почему?! Потому что вам нравится убивать.
Альгой так и не нашелся, чем ответить разгоряченному гоблину и остаток пути до реки он проделал молча.
В стороне от стойбища стояла отдельная юрта.
— Здесь вы можете провести ночь, — сухо проговорил Коль-Кар. — А завтра вам придется покинуть стойбище. Иначе даже я не смогу удержать своих соплеменников от кровопролития.
Альгой воспользовался возможностью и вышел в Междумирье. Я же решил немного задержаться.
— Что тебе известно о людоедах, в лапы к которым попала Кареока? — спросил я Коль-Кара.
— Кургулы? Они появились здесь не так давно, перекрыли единственный путь через перевал и нападают на любого, кто осмелится приблизиться к их лагерю. А еще они рыскают по горам и спускаются в долину, когда жрать совсем нечего… Людоеды? Нет, кьяр-ви они поедают с тем же аппетитом, что и улькенов. Едят так, что даже косточек не остается: они перемалывают их в муку и пекут лепешки… Раньше племя Сат-Хе было гораздо больше, чем теперь, — вздохнул гоблин. — Если так дальше пойдет, то оно полностью исчезнет.
— Так почему же вы их не уничтожите? — спросил я.
— Их слишком много, и они сильны, — потухшим голосом ответил Коль-Кар. — А с тех пор, как они похитили нашего племенного идола, они стали еще сильнее. Их предводитель — могущественный шаман. Пока в его руках находится наш идол, с ним не совладает даже Пакин-Чак.
— Но ведь вы кочевники! — не унимался я. — Взяли бы и ушли в другое место!
— Мы не можем уйти… Видишь пирамиду? Это место — священно для племени Сат-Хе. Если мы уйдем, его захватят кургулы, и тогда нам все равно не жить.
— Призвали бы на помощь другие племена, — я все еще пытался найти выход из сложившейся ситуации.
Гоблин оскалился, что должно было означать горькую усмешку.
— Закон степи гласит: каждый сам за себя. Никто не станет помогать вымирающему племени. Скорее уж добьют, чтобы не мучились. И сами захватят нашу святыню.
— Хреновые у вас законы, — заметил я.
— Ваши ничем не лучше, — огрызнулся Коль-Кар.
