Ох ты, черт! Я и забыл, что собирался поехать на игру, – обычно Элла вытаскивает мою задницу из кровати и волочит к машине. Но Рид вряд ли будет переживать из-за того, что я пропустил его домашний матч. Он был бы больше рад увидеться с Эллой, чем со мной, по-любому. Ну а я смогу слетать на его игру против университета штата Луизиана в следующую субботу.
– Погоди, – до меня вдруг доходит, – а почему ты не поехала на матч?
Элла стоит ко мне спиной, засунув голову в холодильник.
– Потому что сегодня мы с Каллумом встречаемся с окружным прокурором. Только так было удобно им обоим.
Отстой.
– Во сколько вы поедете?
– Думаю, около четырех.
– О, еще полным-полно времени. Мы успеем съездить куда-нибудь. Давай так: я решу твои задачи по математике, а ты…
– Нет, – перебивает Элла. – Я должна решить их сама. Если не разберусь с этими понятиями, дальше будет только сложнее.
Я ковыряю ногой плитку на полу.
– Тогда я так и буду делать домашку за тебя. Поехали, все равно в реальной жизни тебе не понадобится и половина всей этой фигни.
– Не все могут решать сложные математические задачи в уме, Истон. Ты слишком умный, во вред себе.
– Правда? Потому что ты всегда говоришь, какой я глупый, – поддразниваю я ее.
– Я имею в виду, что ты делаешь глупости. Я знаю, что ты не глупый. Ты очень умный. И ты это знаешь, да?
– Да, многие вещи даются мне легко, – признаюсь я. – Но оценки у меня все равно не очень.
– Это потому, что тебе не нравится писать контрольные. Сосредоточившись на чем-то одном больше десяти минут, ты сразу теряешь всякий интерес.
– Мне нравится летать на самолетах, а это занимает всяко больше десяти минут, – замечаю я.
Элла ставит на столешницу большое блюдо с фруктами.
– Там, наверху, куда интереснее, чем в классе.
Правда. Летая на маленьком самолете, ты должен всегда быть начеку, но в то же время в небе ты ощущаешь себя живым. Похоже на чувство, когда летишь на мотоцикле по шоссе на скорости за сотню, но и это будет лишь тусклой копией, неспособной заменить то, реальное.
– Блин, мне нужно снова подняться в небо. – Я беру кусок дыни и засовываю в рот.
– Ты уже говорил об этом с Каллумом?
Я отвечаю с полным ртом.
– Нет. Я и так знаю, что он скажет.
– И что же?
– Исправь свои оценки. Перестань пить. Стань более ответственным.
Элла наклоняет голову набок.
– Ну, похоже, ты не так уж сильно хочешь летать, раз все это кажется тебе таким невыполнимым.
Я хмуро смотрю на нее.
– Вот сейчас было грубо.
Она с невозмутимым видом изгибает бровь.
– Я не хочу ругаться с тобой, Элла-Белла. Пойдем же, – уговариваю я ее, – немного развеемся.
– Нет.
Я сдаюсь. По прошлому опыту знаю, что она не поддастся никаким уговорам. Эта девчонка упрямая, как ослица. Что ж, тогда остаются близнецы.
– Сойер и Себ дома?
– Они в домашнем кинотеатре с Лорен.
Я не могу сдержаться, чтобы не скривить губы. В последнее время Лорен проводит у нас больше времени, чем дома, и я уже начинаю уставать от этого. Она ведет себя так, словно близнецы – ее собственность, указывает, куда им можно ходить и когда. А еще они покупают ей всякие дорогущие вещи, которые могут себе позволить, и меня это настораживает.
– Ладно, хорошо тебе повеселиться сегодня. Уверена, ты сможешь найти чем заняться. – Элла похлопывает меня по спине и выходит обратно в патио.
Я захожу в зал с домашним кинотеатром, но там только Лорен, красит ногти.
– Где близнецы?
Миниатюрная рыжая поднимает голову.
– Себ поехал в магазин за мороженым, а Сойер что-то ищет в своей комнате.
– У нас есть мороженое.
Лорен проводит белую линию вдоль ногтя.
– Я такое не люблю.
Подняв руку, она дует на палец.
О господи. Лорен крутит мальчишками как хочет. Но я ничего не говорю и отправляюсь на поиски брата.
Сойер попадается мне навстречу, в руках у него фирменный пакет с логотипом «Гуччи». «Молчи, – советую я себе. – Это не твое дело».
– Не хочешь куда-нибудь съездить?
– Куда и зачем?
– Не знаю. Просто уехать из дома.
– Сейчас, узнаю, чем хочет заняться Лорен.
Он толкает дверь, но я уже знаю, каким будет ответ. Лорен не нравится тусоваться с близнецами вне дома. В школе она притворяется, что встречается только с одним из них. Близнецы считают это прикольным. Но когда-нибудь это начнет раздражать либо одного, либо обоих.
Сойер выходит ко мне меньше чем через минуту.
– Лорен пас.
– А что Сойер? – Другими словами, чем бы хотели заняться
Мой брат морщится.
– Я тоже пас.
– Да ладно тебе, – начинаю убеждать я. – Один-то раз можно куда-нибудь выбраться. Ладно, давайте останемся здесь и придумаем на вечер нечто грандиозное.
– Вечером Лорен тоже не хочет никуда идти. В последний раз, когда мы выбирались куда-то, нас начали донимать, и Лорен это не понравилось.
– Может, вам стоит встречаться с менее чувствительной девушкой? – предлагаю я.
Сойер скрещивает руки на груди и сердито смотрит на меня.
– Может, тебе стоит пойти и найти того, кому есть дело до твоего мнения?
– Но почему ты не найдешь себе кого-то, с кем можно выходить из дома?
– Да пошел ты. – Он пятится в комнату и захлопывает дверь у меня перед носом.
