— Я не хочу встречаться. Я просто хочу, чтобы ты меня отпустил.
— Если бы ты хотела, чтобы я тебя отпустил, то уже давно бы освободилась.
Правда.
— Просто…
— Помолчи секунду. — Он закрывает мне рот рукой, и дверь за моей спиной начинает дребезжать.
— Айзек? — зовет мисс Харт через дверь и стучит.
— Черт, — шипит он, все еще зажимая мне рот рукой.
— Айзек? — Дверь снова гремит, прежде чем стук ее каблуков, наконец, удаляется.
— Пожалуйста, встреться со мной сегодня вечером. — Практически умоляет он шепотом. Телефон на его столе начинает вибрировать. — Где захочешь. Когда захочешь.
— Нет.
Внезапно я лечу назад, рука снова зажимает мне рот. Мое сердце начинает дрожать вместе с телом, колотясь так быстро, что я слышу его, когда меня опускают на пол за столом Айзека.
— Блядь! — Чертыхается он, мы оба забиваемся в угол класс. — Кэтрин у окна.
Теперь я всерьез паникую.
— Твой телефон на столе.
— Она просто подумает, что я забыл его. — Он прижимает нас еще дальше в угол. — Прости… Я не должен был запирать нас здесь.
— Нет, не должен был. — Я раздраженно меняю свою неудобную позу, когда он снова прижимает меня к своей груди. Я должна сказать ему, чтобы он отпустил меня, но то, как он гладит меня по волосам, успокаивает мое перепуганное тело.
— Я приревновал. — Мое тело напрягается. Он продолжает. — Я так сильно ревновал, что был слеп. Не знаю, о чем я думал. — Его рука перестает гладить мои волосы и вместо этого поворачивает мою голову к нему лицом. Это неловкое положение, но не такое уж неудобное. — Я оказался в ситуации, когда не думаю, что смогу позволить кому-то другому получить тебя. Не думаю, что смог бы это вынести.
Мое сердце пропускает удар. По телу пробегает дрожь, отчего по рукам пробегают мурашки.
— И я знаю, что ты не можешь быть моей, — тихо шепчет он, его рука лежит на моем подбородке. — Знаю, что это невозможно.
— Да… — Я киваю один раз и пытаюсь отвернуться, но его рука не позволяет мне этого сделать. — Я знаю.
— Ты так молода.
Я хмурюсь, услышав это.
— У меня есть кое-что для тебя. — Он лезет в задний карман, не забывая о своих ногах, на случай если она все еще смотрит в окно. Сомневаюсь, что это так. — Я купил это на твой день рождения, но так и не подарил тебе, в основном потому, что боялся, что ты придаешь этому большое значение, а затем… — Он показывает мне подарочную коробку и позволяет мне отодвинуться, прежде чем осторожно взять ее. Понятия не имею, что там. Подарочная коробка длинная, серебристая, прямоугольной формы. — Побоялся, что не придашь.
У меня перехватывает дыхание, когда я поднимаю крышку и вижу внутри красивый шарм-браслет.
— Связаны навеки…
— Знаешь этот бренд?
— Всегда хотела что-нибудь оттуда. — Я с тоской смотрю на цепочку из белого золота с крошечными подвесками, готовыми к тому, чтобы их прицепили. — Они недешевые. Зачем ты купил мне его?
Он не отвечает. Вместо этого он достает его из коробки, и я замечаю одинокий шарм, висящий в центре. Он имеет форму крошечной книжки, полупрозрачно-зеленого цвета.
— Почему книга?
Он прочищает горло.
— Зеленый — мой любимый цвет, а книга… ну, это был единственный шарм, который мог бы как-то обозначить то, как мы познакомились.
— Это… Я не могу его принять. — Я кладу коробочку ему на колени и убираю руки. Он хватает меня за запястье и быстро застегивает браслет. Он идеально сидит, такой легкий и красивый. — Я, правда, не могу принять его.
— Я не приму его обратно. К тому же, уже слишком поздно. Срок возврата составляет всего семь дней, если только он не бракован.
Я держу маленькую хрустальную книгу между пальцами и подумываю о том, чтобы сорвать браслет. Он слишком драгоценный, чтобы повредить его, и слишком много значит, чтобы портить из-за такого предательства.
— Я тебя не прощаю.
— Я подарил тебе его не поэтому, — хмурится он, закрывая подарочную коробку и засовывая ее в мою сумку. — Я просто… даже не знаю, что тебе сказать. На твоем месте я бы не простил себя. Кстати, мой отец тоже в ярости из-за моего поступка…
Моргаю.
— Добро пожаловать в клуб.
— Мне жаль. — Он садится и выглядывает из-за стола, прежде чем снова посмотреть на меня с таким же раскаянием в глазах, как и раньше. — Надеюсь, что, в конце концов, ты сможешь меня простить.
Снова касаюсь кристалла, опускаюсь на колени и смотрю ему в глаза.
— Спасибо за мой подарок. Мне очень нравится.
Он улыбается, и на мгновение я отвечаю ему тем же, прежде чем выглянуть из-за стола и убедиться, что все чисто.
— Останься, еще немного.
Он шутит?
— Твое чувство вины делает тебя сумасшедшим. Если нас поймают, нам придется многое объяснять.
Почему я сейчас здесь единственный взрослый человек?
— Порви с Гарретом.
Мои глаза расширяются от удивления.
— Что?
— Порви с Гарретом. — Его глаза сужаются.
— Не думаю, что ты в том положении, чтобы что-то требовать от меня.
— Я терпеть не могу этого придурка. Он тебе не подходит.
— А ты подходишь? — Услышав мои слова, он тут же закрывает рот. — Мне нравится Гаррет.
Его глаза темнеют и становятся почти опасными.
