— Не буду спорить с Вами, — сказал он. — В политике я не силен. Но меня больше интересует то, что происходит рядом, чем за семью морями. Я надеюсь, Ваш план сработает. Завтра же мы приступим к его выполнению. А сейчас, думаю, Вам пора возвращаться, — он взглянул на Элеонору. — Не хочу, чтобы на меня совершили набег из-за украденной принцессы.
Элеонора смущенно покраснела. Иллиандра улыбнулась:
— Я подожду тебя у привязи, — сказала она. — До свидания, Ренос.
Вечером Иллиандра, лежа в постели, в который раз обдумывала свой план. У нее уже сложились отдельные строки письма, адресованного королю, и она все добавляла к нему различные детали. Сожаления, поселившиеся в ее душе спустя несколько дней после того, как она покинула Авантус, уступили место воодушевлению.
«Я смогу, — сказала она себе, глядя в темный потолок своей комнаты. — Да, я смогу. И пускай мы не будем вместе — но я буду помогать тебе, Плоидис. Я всегда буду рядом. Пусть даже ты никогда не будешь знать об этом».
— Ну, что же, — сказала Иллиандра, оглядывая людей, выстроившихся напротив палаток. Эта сцена напоминала ей смотр стражи в Авантусе: однажды дядя Рошар пригласил их с Диадрой на такой. Только сейчас перед ней были не тренированные солдаты в форме и с мечами, а оборванные бездомные, да и сама она не слишком походила на капитана гвардии в этом глухом лесу. — Мы разработали план. Ренос и Элеонора, — Иллиандра с благодарностью взглянула на них, — зная вас лучше, чем я, распределили вас по деревням. Нужно опросить как можно больше людей. И не забывайте записывать, иначе легко спутать все в голове.
— Записывать? — переспросил кто-то, и Илли удивленно взглянула на него, но, обведя взглядом остальных, едва слышно вздохнула и отступила на шаг.
— Вы не умеете писать, верно? — огорченно сказала она и оглянулась на Элеонору.
— Ренос умеет, — ответила Элеонора. — Может быть, еще кто-то?
Джане неуверенно подняла руку. Остальные лишь покачали головами.
— Хорошо, — сказала Иллиандра, вновь обретая свою привычную бодрость духа. — Придется немного задержаться.
— Ты собираешься обучать их грамоте? — тихо спросила Элеонора. — Да на это уйдет не один месяц.
— Что ж, придется им пройти ускоренный курс, — слегка улыбнулась Илли. — Конечно, многому мы их не научим, но по-другому нельзя. В их головах в миг все перепутается, — и она, обращаясь к толпе, громко спросила: — Кто из вас может сейчас написать хотя бы одну цифру, здесь, на песке?
Несколько человек неуверенно вышли вперед.
— Ну же? — чуть нахмурилась Иллиандра. — Смелее!
Люди несмело присели на землю и принялись аккуратно выводить пальцами кривые линии.
— Илли, это будет непросто, — заметил Ренос, наблюдая за их усилиями.
— А кто говорил другое? — посмотрела на него девушка. — Конечно, мы не станем учить их письму. Достаточно будет цифр и нескольких простых рисунков.
К ним подошла Джане.
— Илли, так мы не скоро станем шпионами, — расстроенно проговорила она. — Их придется долго учить.
— Не торопись, Джане, — Илли улыбнулась и потрепала ее по плечу. — Успеется. Какие же будут шпионы без умения записать то, что увидел?
— А мы уже даже придумали тебе тайное имя, — печально сказала Джане.
— Мне? — удивилась Иллиандра, скрывая внезапную усмешку.
— Да, — Джане улыбнулась. — Ты ведь пришла, чтобы спасти нас… поэтому мы решили, что будем называть тебя Архитогор.
— Архитогор? — переспросила Илли. — Да, я помню эти древние легенды. Но ведь это мужское имя…
— Вот именно, — довольно произнесла Джане. — Чтобы никто не догадался.
Иллиандра вновь сдержала усмешку, а Элеонора вдруг сказала:
— Да, по-моему, это звучит очень неплохо. Молодец, Джане. А сейчас иди и проверь, что нарисовали там наши друзья.
— Немного пафосно, ты не находишь, — с усмешкой сказала Иллиандра, как только Джане отошла. — Архитогор, великий страж справедливости и милосердия… «озаренный солнцем», так, кажется, переводится его имя?
— Да, — улыбнулась Элеонора в ответ. — Но ведь они хотят быть настоящими шпионами. Со всеми этими тайными именами, секретными знаками и прочей романтичной ерундой. И пускай для того, чтобы расспросить людей об урожае, всего этого не требуется, и пусть это не шпионство вовсе — они хотят в это верить. Ты понимаешь, к чему я, Илли?
— Да, — кивнула Иллиандра с одобрительной усмешкой. — Пожалуй, ты права. Что ж, пусть в жизни будет немного романтики, даже если работа наша будет чересчур банальна.
— Значит, отныне мы — Братия Архитогора, — усмехнулся Ренос и, оглянувшись на своих подопечных, добавил: — Кажется, там какая-то суматоха. Что ж, пойдемте, — он улыбнулся и внезапно подмигнул: — Пора учить наших собратьев тайному языку знаков.
Роэл сидела у окна и, закутавшись в огромный плед, читала книгу. В камине потрескивал огонь, и Роэл, оторвавшись от чтения, вгляделась в его яркие, метавшиеся языки. Они прыгали, извивались, возникая то в одном месте, то в другом, неожиданно, непредсказуемо, и вновь исчезали, вспыхивая и угасая.
«Надо же, он никогда не повторяется», — подумала Роэл, не отрывая взгляда от огня.
