– Не… не смотри… – попытался он упредить спутницу, но та явно не слышала. Она продолжала, как завороженная, смотреть на чертов портрет и зачем-то тянула к нему порезанную руку, будто собираясь напоить клятый холст своей кровью. Глаза прелестницы на портрете горели алым, а из-под очаровательных пухлых губок показались острые клыки.
Скрип давно не смазанных петель, звук распахнувшейся двери заставил Джона, не знающего уже, что делать и как быть, вновь взглянуть на картину справа от себя. Дверь на картине неспешно, будто с трудом, раскрывалась, определенно выпуская кого-то.
Кто бы это ни был, а ничего хорошего от кошмаров чертова отеля парень не ждал. Он схватил пистолет, даже не замечая, который из двух берет и, не глядя, взвел курок.
Холст треснул, порванный распахнувшейся створкой. Из выросшей рамы торчал край железной двери.
Джон вскинул руку с пистолетом, попытался прицелиться… и внезапно почти уронил руку, потрясенно приоткрывая рот.
Взметнулись в воздухе полы черного пальто. Твердая рука ухватила за плечо, отодвигая его в сторону, а потом та же рука с силой рванула назад Нэйду. Еще мгновением спустя грохнул выстрел.
Красавица на портрете тяжело осела на стул, роняя кинжал. Между глаз ее сочилась темной кровью небольшая дырочка.
Нэйда встряхнулась, выпадая из гипнотического состояния и, помотав головой, осмысленным и в то же время ошарашенным взглядом уставилась на спасшего ее мужчину. Потом всхлипнула и без излишних церемоний повисла у него на шее.
Он обнял ее одной рукой, продолжая сжимать в другой пистолет, и коротко усмехнулся.
– Для наемницы ты чересчур чувствительна.
Он тут же выпустил ее из объятий, почти оттолкнув от себя, и перевел взгляд темных глаз на потрясенного до глубины души Кэмпбела. Перехватил пистолет в левую руку и приветливо протянул правую для пожатия.
– Здравствуй, Джонни. Как нога?
Джон вздрогнул и порывисто ухватился за руку мужчины, опасаясь ощутить смертный холод. Но рука была горячей, кровь под кожей бурлила и кипела, и это казалось чем-то… невероятным.
– Мистер Молле! Вы… я… да, спасибо, – парень смущенно улыбнулся, – Нога вполне сносно. Но как вы?.. Вы же упали, упали с большой высоты!
Молле, выпустив руку молодого человека, взъерошил волосы и насмешливо улыбнулся.
– Ну, насчет высоты не знаю – мне не сообщили. Но поднимался я долго…
Нэйда, постепенно приходящая в себя, замотала головой.
– Поднимался? Хищник, черт тебя дери! Мы думали, ты погиб, я почти готова была оплакивать…
– Утри слезы, – ядовито откликнулся мужчина, – Надо уходить отсюда. В этом чертовом коридоре опасно, он сказал, что вас могут убить! Она может убить.
– Он?.. – Джон нахмурился и, оглядевшись вокруг, пожал плечами, – Эту красотку вы, судя по всему, пристрелили. Она, правда, и на других картинах… Да о чем я вообще – вы вышли из картины! Порвали ее, открыли дверь – как, как???
Арчибальд оглянулся через плечо на торчащую из резной рамы дверную створку и, хмурясь, пожал плечами. Правое пронзило болью – в последнее время он успел забыть о том, что выбил его при падении, и сейчас плечо вновь напомнило о себе.
– Понятия не имею, – буркнул он, непроизвольно касаясь болящего сустава, – Я поднимался по лестнице, увидел в ее конце дверь и открыл… Непросто открывать было, кстати – петли давно не смазывали.
Нэйда, совершенно ошарашенная и чрезвычайно обрадованная, несколько секунд бездумно внимала разговору мужчин, тихо радуясь возвращению спутника, но на последних его словах как-то встрепенулась.
– Ты шутишь, что ли, Хищник? Какие петли? Ты порвал картину, черт возьми! Вполне вероятно, что дверь шла туго потому, что ты пытался пробиться в реальность из… не знаю, откуда. Где ты был?
– Потом поговорим! – взгляд Молле был прикован к портрету за спиной девушки. На нем застреленная красавица заметно приходила в себя, постепенно вновь начиная подавать признаки жизни. Ждать, когда она окончательно оживет, мужчина не хотел.
– Уходим! – приказал он, хватая наемницу за локоть и дергая ее назад. Джон, полностью одобряя решение мистера Молле, захромал рядом, нервно косясь по сторонам. Нэйда не вырывалась и, видимо, почти наслаждалась таким способом передвижения. Ощущать горячие пальцы Хищника, чувствовать, знать, что он действительно жив, ей определенно нравилось.
Впрочем, Арчибальд не собирался долго волочь спутницу за собой. Пройдя несколько шагов, он выпустил ее руку, сунул свои в карманы и уверенно прибавил шаг. Смотрел мужчина исключительно вперед и, зацепив краем глаза изображение на одной из картин, остановился, как налетев на стену.
– Вот же погань… что еще за гадкая мазня?
На картине, на которую он смотрел, нежная красотка в компании каких-то упырей пожирала бездыханное тело симпатичного юноши.
Джон недовольно дернул плечом и потер правое запястье.
– Здесь все картины такие. Жутковатый коридорчик…
– Учитывая, кто заправляет этим местом, в целом, неудивительно… – пробормотал себе под нос Арчи, но задерживаться на этом не стал. Спутники его обменялись недоумевающими взглядами.