— Именно. Миасский банк стал организацией, без которой невозможно представить современный мир. Наши люди есть везде, и в королевском хранилище тоже. Там чуме был посвящен особый закрытый отсек. И добраться до него было весьма непросто. Но нам удалось, пусть и сразу. Мой отец в конце жизни получил все образцы и данные. А остальное сделали мехи — они ученые, исследователи. И как любым ученым, им свойственно любопытство, граничащее с безрассудством. Они довели чуму до ума.
— И что именно вы хотите сделать? Заразить чумой всю королевскую семью? Дождаться, пока они умрут и захватить власть?
— Тогда бы мне не потребовалось лекарство, — логично возразил миасит. — И к тому же вы знаете, сколько людей могут претендовать на трон после смерти короля, его детей и ближайших родственников.
— Примерно представляю, — вот даже мы во втором десятке… За отца и брата стало страшно.
— Вот и я представляю. Мне не нужна их смерть, во всяком случае, не сразу. Убить короля мог и мой далекий предок, но что бы это ему дало? Путь к трону открыть не так просто, как кажется.
— И что же вы хотите?
— Добровольного отречения. У меня есть все регалии правителя Миасской империи, осталось получить все регалии Мильдара.
— И думаете, этого хватит? — наверное, вино в голову ударило, раз я не смогла сдержать усмешку. Регалии, да эти регалии можно засунуть… Но Ликхар не обиделся.
— Нет. Но за триста лет моя семья набрала огромное влияние, множество сторонников. Я же говорил, что верные Банку люди есть везде, даже в высшем совете. Без этого меня бы никто не принял. Недовольные нынешней властью всегда найдутся. А те, кто не согласятся… Впрочем, не будем о плохом.
— А недовольные познакомятся с драконьей чумой и за лекарство согласятся со всем и принесут любые клятвы и присяги, — закончила мысль я.
— Рад, что вы поняли.
— А уж как я рада…
Теперь и не знаю, что с такой радостью делать и как жить дальше.
— Болезнь всегда может выйти из-под контроля. Выпускать ее из лаборатории, не имея лекарства, — самоубийство и чистая глупость. Сначала мы сделали все, чтобы не дать разразиться новой эпидемии.
— Сложно было?
— Сложно, — не стал отпираться миасит.
— А лекарство тоже сами разработали?
— Ну что вы, местресс, — улыбнулся Ликхар. — Вы же видели состав, такой просто так не подберешь. Но деньги решают многое. Мой отец выкупил копию всех бумаг из закрытого королевского хранилища. Я же говорю: деньги и связи.
Деньги и связи открывают даже самые закрытые и самые королевские хранилища.
— Ладно, будущее Мильдара мне примерно ясно, а что будет со мной?
Не то чтобы мне было совершенно плевать на родную страну, но из этой комнаты я вряд ли смогу ей помочь. И да, своя рубашка ближе к телу, что ни говори.
— Это зависит от вас, местресс. Но я хочу предложить один вариант, который, возможно, сможет вас заинтересовать, — я отложила все, сложила руки и приготовилась внимать. — Мне кажется, из вас бы вышла неплохая королева.
Я пару раз моргнула и рассмеялась. Почти как тогда, когда эмпат заставил меня веселиться до полусмерти. Но на этот раз совершенно искренне и действительно весело.
— Я и неплохая королева? — отсмеявшись, переспросила я. — Вот уж точно кажется.
— Вы себя недооцениваете.
— Это вряд ли.
— Готов попробовать вас убедить, — предложил Ликхар. Ему тоже было весело, он сидел довольный и улыбался.
— Попробуйте, с удовольствием выслушаю о своих многочисленных и неоспоримых достоинствах.
Я подвинула бокал, намекая, что неплохо бы его наполнить. На трезвую голову такой разговор слишком тянет на галлюциногенный бред. Мне тут точно в еду ничего не добавляют? И ведь без магии и не проверишь.
Айрат без лишних слов разлил по бокалам остатки вина.
— Первое и самое главное ваше достоинство — иммунитет к драконьей чуме. Конечно, можно взять вашу кровь, выделить из нее вакцину, прививать детей, но ничего не дает стопроцентную гарантию. А правитель, владеющий чумой, при этом сам ею не болеющий, в глазах людей должен выглядеть практически посланником ушедших богов.
Я разочарованно вытянула губы. Все же женщине хотелось услышать, какая она сама по себе прекрасная и замечательная, а не ее кровь.
— Второе. Вы из старой и влиятельной семьи, состоящей в родстве с нынешней династией правителей. В этом есть некая преемственность.
— В дальнем родстве, — заметила я, чтобы кое-кто не обольщался.
— Пусть так, но это тоже аргумент. И наконец, вы сильный маг и вдобавок эмпат. Это хорошая наследственность.
— А как же большая и чистая любовь?
— Вы эффектная женщина, умная, хорошо образованная — это более чем достаточно, — было бы странно, если бы владелец Миасского банка рассматривал брак с позиции чувств. И кстати говоря…
— А что на это скажут ваши многочисленные жены?
— Я готов принять законы Мильдара и отказаться от многоженства. Те браки совершены не по здешним обычаям и легко признаются незаконными, а дети от них — бастардами. Понятно, что я не брошу детей и они получат достаточно. Но права наследовать трон у них не будет.
