— Экипажей будет четыре, — продолжил инструктаж Морис. — В одном поедет Линда с цербером, я так понимаю, с огненным псом больше никто не справится. В другом Майкален и Дао, василиска мы не оставим, он может пригодиться. И парни с грифоном в третьем. Оборудование поедет отдельно, не переживайте, охрана с ним будет. Маршруты у всех разные, встретитесь в конечной точке.
Для наглядности свекор изображал нас на столе, мы с Церей были двумя кружками, Майк с Дао — вилка и ложка, мои ученики превратились в солонку и перечницу, а Вилли — в подставку для них. Роль оборудования играл штопор. Вот такие они — военные, с их буйной фантазией.
Рассмотрев внимательно наш натюрморт, я от лица всех участников заверила Дагье-старшего, что все предельно понятно и попросила на этом закончить. Время позднее, вставать завтра всем рано, следует хорошенько выспаться и отдохнуть.
Морис обвел нас внимательным взглядом, под которым захотелось поежиться, все-таки умеет бывший глава Тайны нагнать страха, и объявил совещание закрытым.
— Морис, я бы хотела с вами кое-что обсудить, — пока мы будем отсутствовать и готовить лекарство, лорд останется в столице. — У меня есть кое-какие мысли, и мне бы хотелось, чтобы вы их проверили. Так, исключительно на всякий случай и для моего успокоения.
Если разобраться, то все мои умозаключения касательно главного целителя королевского зоопарка, были не более чем домыслами, и вполне могли строиться исключительно на моей личной неприязни. Но свекор выслушал и пообещал присмотреться к местору Иолану.
Когда все разошлись, мне неимоверно хотелось отправиться в кроватку и сделать то, что настоятельно советовал Морис — выспаться. Но куда там.
— Пойдем, — дернул меня за рукав Ян, как маленький, честное слово.
Он в детстве тоже, когда просил, обязательно за одежду цеплялся. Куда дотянется — за юбку, за куртку, за болтавшуюся на боку сумку, с которой я убегала в лес, а он требовал взять его с собой. И пальцы вроде маленькие, а сильные, не отдерешь.
«Я маме ассказу», - с буквами у него проблема была лет до пяти. Но говорил он много, в том числе и родителям.
Только сейчас ему не скажешь: «Отстань, малявка!»
— Чего еще? — я посмотрела на брата, прикидывая, что сейчас от него так легко, как раньше, не отделаешься. А отцепить от себя и вовсе не удастся.
— А как же вводный инструктаж по технике безопасности с гидрой? Завтра времени может не быть. Пойдем, а?
Судя по блеску в глазах, Ян не отстанет.
— Пойдем, покоритель гидры, — вздохнула я. — Надеюсь, с ментальными щитами у тебя и впрямь нет проблем.
Иначе получу я через месяц свихнувшегося брата…
Заодно захватила Дао из спальни, перекантуется ночку в террариуме.
В террариуме царила темнота, черная, густая и абсолютно непроглядная. Когда мы открыли дверь, свет полился из коридора, но будто наткнулся на преграду, столкнулся с чем-то неведомым и откатился волной ко входу. Робкий желтый блик на полу дрожал и жался к нашим ногам, как испуганный щенок. И уверенность Яна пошатнулась. Хорошо рассуждать о ментальных щитах, пока не знаешь, что тебя ждет. Брат сглотнул и обернулся ко мне в поисках поддержки, но я прислонилась к дверному косяку и сложила руки на груди, всем видом показывая, что помощи от меня он не дождется. Днем было бы проще, темнота порождает чудовищ в голове, пробуждает скрытые и потаенные страхи. Гидре достаточно найти образ и оживить его, сделать настолько реальным, что не поверить будет невозможно.
Но брат сжал кулаки, заранее готовясь ко встрече с неведомым противником, и шагнул в темноту, сразу же утонув в ней.
Примечательно, но даже Дао не пополз дальше, решив дождаться окончания испытания. Я вглядывалась вглубь, пытаясь уловить и различить хоть что-нибудь, но тщетно.
В комнате зажегся светлячок, очертив крохотный круг над Яном. Сам Ян стоял с закрытыми глазами и вел отчаянную борьбу с самим собой. И ведь я могла бы остановить гидру, попросить ее быть помягче, но тогда бы это не дало брату шанса доказать, что он главный, что он сильнее. А с животными иначе нельзя, они признают только настоящего лидера. И я знала, что ментальные щиты Яна сейчас сминаются под мощнейшим натиском существа, для которого иллюзии и галлюцинации — это столь же естественно, как для других воздух. Гидра живет среди них, раскрашивая пески пустыни красками и наполняя безжизненные барханы существами из своих фантазий. Полностью раскрыв эмпатическое восприятие, я внимательно следила за состоянием брата, стараясь уловить малейшие признаки потери контроля. Но Ян держался. По его лицу катился пот. Или это слезы? Трудно не вмешаться, остаться в стороне, когда стоящий рядом родной брат испытывает практически физическую боль.
Но тут Ян открыл глаза, на удивление ясные, хоть и слезящиеся. А потом сделал шаг, за ним следующий. Сначала тяжело, словно через толщу воды, а потом уверенно подошел туда, где находилась гидра, и остановился, позволяя ей привыкнуть к себе.
