— Понял, не дурак. Давай, Лись, погнали, сил никаких уже моих нет терпеть. — пробормотал он, заменяя мои пальцы языком и требовательно взбрыкнул, мазнув уже откровенно протекающей головкой по губам.
И мы погнали. В первый момент меня отвлекала необходимость будто разрываться между тем, чтобы уследить и за своими нарастающими ощущениями и тем, что происходит с Антоном, но потом накрыло. Я вспомнила, что мне не нужно ни за чем следить, он принимает от меня все.
Оргазм вышел внезапным, не как прилив, нарастание которого ожидаешь, а будто удар бешеного жара в голову. Антон резко перевернул нас на бок, вырвался из моего рта, по моим губам, подбородку и шее ударило густой обжигающей влагой, пока любовник глушил свои стоны, уткнувшись мне между ног, это и доконало. Ошеломляюще мощно, с люто-сладкими сокращениями внутри, догоняющее снова и снова, невыносимо прямо уже, до тех пор, пока не осознала, что Антон не остановился и продолжает целовать меня и не отстранилась от его рта. А он будто не мог угомонится, потянулся следом, удерживая за бедра и пытаясь снова добраться губами.
— Стоп-стоп! — упёрлась я ладонью в его колючую щеку. — Тормози, перебор уже, так и сердце встанет.
— Лисенок, я в курсе, что поздновато отморозился, но че-то мы забиваем на защиту, — пробурчал я, почесывая в затылке и плетясь хвостом за Алиской в ванную.
Зараза, что-то нет никаких моих сил человеческих ее даже из виду выпустить и лапать перестать. Липнут руки, как, сука, будто они железяки безвольные, а она — магнит, всей гребаной гравитацией в мире управляющий. Уже выхватил пару раз, сунувшись за ней и в туалет, но не помогло. Она только шаг сделает и меня за ней хвостом кобелиным волочит, хоть ты тресни.
— Что? — оглянулась моя внекатегорийка. Голая, растрепанная, губы зацелованные опухшие, на шее и ключицах розоватые пятна моих засосов, соски торчат от прохлады в коридоре — разве может женщина выглядеть прекраснее? Моя — точно нет.
— Залет нам не нужен ведь, говорю. А я совсем без башки от тебя, о резинках и не вспомнил ни разу.
— Насчет этого можешь не переживать еще… дней десять, — отмахнулась Алиса, вроде как запнувшись для какого то подсчета. — Я на таблетках с самого нача… в общем, — она нахмурились, дернула головой и продолжила, — пока не парься.
Говно-Роберт ее на химию сходу усадил, выходит? Чтобы грешки его мерзкие наружу не вылезли? Ну, бля, как бы и супер, нет проблемы, чего и обсуждать. Но…
— Лись, а я от девчонок слышал, что эти таблетосины не такие уж и безвредные. От них вес может скакнуть и еще там чего впоследствии.
Вот, спрашивается, какое мое кобелиное дело до того, чего там дальше. Говорят тебе — не будет залета, ну и все, можно расслабиться. Но нет же, пасть раззявил и вякаю.
— Это от отечественных, а у меня очень хорошие, импортные. Там мини-дозы, они безвредны. Жаль только купить их у нас нельзя, нет в страну поставок.
Ясно, мудила ей их из-за бугра таскал. Я скрипнул зубами, ощущая, что мой кайф то и дело подгаживают эти сраные отсылки к прошлому Алиски. О чем не заговори — везде этот Роберт выползает, как опарыши из дохлятины. Да и вообще не говоря, а со значением умалчивая, тот же выхлоп имеешь. Бесит!
— Блин, времени уже полдень, а ты же еще не завтракала даже у меня! — спохватился, что скотина я безответственная не только в вопросах предохранения. Сам то пожрал, когда в зал собирался, а девчонку голодом морю, знай только по постели валяю. Хотя, последние два захода были инициативами Алиски.
— Ну… — Алиса погладила живот и там громко отозвались. — Так и есть. Я что то подзабыла на нервной почве.
— Короче, моемся, одеваемся и идём в кафешку, где впервые пересеклись. Пожрем курятины душевно, а потом идёшь со мной в зал. Я по быстрому занятия проведу и домой. Идёт?
— А что насчёт Тиграна?
— А что с ним?
— Забыл? — наморщила лоб, хмурясь, Алиска. — Ты обещал, что мы мои честно заработанные у него получим, чтобы я могла себе жилье искать.
— А тебе в моей хате дерьмом, что ли, намазано? Или я тебя гоню? — вспышка раздражения от даже проблеска мысли, что она собирается свалить в закат, была настолько острой, что ухватить ее за хвост и притушить не успел.
— Антон, ты чего? — изумилась-насторожилась моя внекатегорийка.
— Ты себе, случайно, не придумала, что я только ради траха тебя пустил и если ты меня отошьешь, то выкину?
— А все не так? — слегка усмехнулась понимающе девушка. Понимает она, как же!
— Да охереть! Что именно не так? Что я тебя позвал жить чисто ради перепиха? Или что я такая падла конченная, что если ты мне сейчас скажешь — все, адьес, то я тебя из квартиры выставлю?
— Ну… изначально у нас другой договор был, так что, почему бы тебе честно самому не озвучить, как обстоят дела теперь?
В смысле, буду ли я ещё на нее бросаться, как бык на случке?
