Харм свернул за сувенирный магазин и остановил джип. Маленькую церковь окружала низкая глинобитная ограда. Крыша, казалось, прислонилась к песчаному холму прямо позади стены. Церковь была маленькая, словно игрушечная, – детский рисунок или зыбкий образ из сновидения. Ния вышла из джипа. Светлые волосы рассыпались по синей ткани куртки. Она постояла, взглянула на лавочку, в которой продавались свечи, четки, целлофановые закладки для книг с именами и историями из жизни святых.
– Я зайду на минутку.
– Компания нужна?
– Обязательно.
В церкви Ния села на деревянную скамью у задней стены. Харм никогда не чувствовал особого уюта в церквах, но эту он любил. Она была сентиментальной. Алтарь был заставлен многочисленными фигурками Христа: деревянными, стеклянными, пластмассовыми. Они были раскрашенные и позолоченные. На одних был Иисус с опущенными глазами агнца. На других – с глазами, полными горя и страдания, возведенными к небу. Стол перед фигурой Девы Марии уставлен свечами в синих и красных стаканчиках. Церковь была почти пуста. На коленях перед алтарем стоял старик. Женщина возле стены склонила голову, покрытую ажурным шарфом. За стеной кто-то тихо плакал. Старик поднялся, пошел к выходу. Шаги гулко отдавались вверху.
– Хочешь сходить в часовню, где есть священная грязь? – предложил Харм.
Ния резко встала, повернулась и пошла к выходу. Харм повременил немного и вышел. Ния уже была у машины, когда он догнал ее.
– Давай поссоримся, – предложила она, закуривая сигарету и выпуская дым.
«Курит Кристина», – подумал он. Она вошла в церковь Нией, а вышла Кристиной. Потом она произнесла фразу, написанную в сценарии Мириной:
– Я ненавижу этот мотоцикл. Он должен исчезнуть.
Через несколько минут они уже были на съемочной площадке, припарковали джип позади трейлеров. Ширина сидела на складном стуле возле автофургона, склонив голову над кипой бумаг, и что-то писала.
– Вот и Мирина, – сказала Ния в раздумье. – Может быть, она сейчас переписывает по-новому мою сцену. Единственное, чего я хочу, – просто знать свою роль, Я хочу знать, что здесь может случиться со мной. Может быть, мне следует заиметь собаку?
Дэн Хоув увидел их, подошел. В руках он держал коробку, наполненную обрывками пленки. Он был в черной бейсболке и круглых очках.
– Боланд, здесь какой-то полицейский спрашивает вас. Назвал ваше имя. Я сначала подумав, что он, наверное, ошибся, но… – он оборвал фразу, пожал плечами, – он искал детектива, но описал вас. Он вон там, с пилотом вертолета.
Хоув знает. Харм почувствовал себя глупым, выставленным на посмешище. Пусть Джакобс объяснит киногруппе, кто он и зачем здесь находится. Он не может больше играть роль. У него это плохо получается. Когда ему приходится притворяться, все идет не так, как нужно.
Куинтана увидел их и направился через луг.
– Мисс Уайтт, – поприветствовал он Нию, сдвинув шляпу назад. Они пошли ему навстречу.
– Вчера ночью я еще раз съездил к Нимсу, проверил кузов грузовика. Нашел вот это, – он протянул Харму коричневый пакет. – Пакет был засунут в сено, под мешки с кормом.
Харм открыл пакет, заглянул внутрь.
– Компьютерные дискеты, – он хотел вынуть их, но Куинтана остановил.
– Мы еще не сняли с них отпечатки пальцев. Просто взгляните. Интересно. Совершенно не похоже, чтобы они принадлежали Нимсу. Верно?
– Я не заметил никаких компьютеров в доме, – сказал Харм. – У меня тоже есть кое-что для вас, – он протянул полицейскому видеокассету со свадебным платьем, быстро рассказал, что они увидели на ней.
Потом коротко посвятил Куинтану в историю с письмами, которые получает Ния, о ее страхах.
– Некоторые из писем были отпечатаны на матричном принтере, – сказал он. Куинтана молча выслушал, растирая ботинком песок у себя под ногами.
Хоув за дорогой беседовал о чем-то с Леонардом, резко жестикулируя руками. Тэсс в свадебном платье прохаживалась по дороге под руку с Джеком Дризером. Джек приподнял ее и закружил. Она рассмеялась. Харм слегка подтолкнул Нию.
– Похоже, Тэсс готовится к твоей роли.
– Посмотрим, – Ния громко вздохнула, пробормотав: – Где же Сюзанна?
Харм пошел к Джеку и Тэсс, на ходу вынимая из кармана куртки книгу, которую Тэсс оставила в Таосской хижине.
– Что ты хочешь сделать? – спросила Ния.
– Тэсс, послушайте, – окликнул Харм, – Тэсс, обратите внимание на нас, уделите минутку.
Джек и Тэсс остановились, поздоровались с Хармом и Нией.
– Где ты была? Где, черт побери, ты вообще находишься, Ния? – накинулась Тэсс. – Я пыталась связаться с вами обоими вечером по телефону, искала всюду. Даже Сюзанна не могла сказать мне, где ты. Пойми, Ния. Это не моя инициатива! Ты должна мне поверить, Ния.
Джек был одет как Хэнк – полинявшие порванные джинсы, белая футболка, поношенная черная куртка из кожи, очки в металлической оправе. Он поднял руки ладонями вверх.
– Дамы, вы должны просто плыть по течению, а не ссориться. Разве я не говорил вам, Баланд? Импровизация. Лично я не позволяю этому причинять мне хлопоты. Ты не должна обманываться, Ния!
– Тебя-то он не снял с роли!
– Малыш, ты прекрасно знаешь, что он не снимает и тебя.
