Капитан чувствует ясную цель посетившего его гостя из подсознания – бросить всё и убежать едва ли не в горы или на блудилище. Его с детства учили быть верным друзьям, и возлюбить всем сердцем будущую жену, верным к стране, хоть потом он ради её блага и предал нечистое начальство, затем ему вбивали любовь к Империи и императору. А тот, кто обещает свободу предлагает от всего этого отказаться и Данте бежит от его предложения, уясняя, что ник чему хорошему это не приведёт.
Окон нет, но можно включить съёмку с внешних бортовых камер, однако экран на наладоннике Данте деактивирован. Он не имеет не малейшего желания смотреть на серые радиоактивные пустоши выжженной земли, над которыми вечно хмурые небеса. Ядерные бомбардировки не пощади эти земли, природа словно сошла с ума, хоть и оставив всюду какое-то количество островков былой славы земли.
Конвертоплан тихо присел и все ощутили это, приготовившись к высадке.
Успокоившись и подумав о том, чтобы выпросить у местных врачей таблетки, Данте поднялся, тряхнув плечами и подцепив оружие, сжал и разжал пальцы, повесив винтовку на плечо. Он ощутил, как стук сердца становился всё сильнее, под гул утихание двигателей.
Трап опустился и в кабину хлынул тусклый свет и донеслись звуки – крики людей, бурчание громких двигателей, приказы и перестукивание. Они – десять человек первой роты, специально отобранные самим Консулом для важнейшей миссии, ступили на проклятую землю.
Вокруг Данте видны образы военной базы – техника, люди, башни и заборы, вооружённая охрана и командиры, гоняющие солдат. Данте предчувствует, что их отобрали не просто так и они действительно тут нужны, но он ощущает глубокую скорбью от одного осознания, что Сериль в опасности, что она в городе мятежников, подогреваемую инфернальным гостем в сознании.
Всё же, справившись с потоком мыслей, Данте шагнул вперёд и пошёл в сторону главного административного здания – невысокой башне, у основания которого разрослось множество пристроек и надстроек чёрного цвета с небольшими окнами. Тут же, на бетонной плитке, Валерон заметил и воинов, которых ранее не знал – высокие мужчины, в странной технологичной броне. Их лица блистают латунным напылением анатомической маски, крепящейся к шлему, оттеняющей конусом, торс защищён подобием чешуйтачей брони к которой крепятся такой же сущности и наплечники. А символикой стал двуглавый орёл на фоне чёрно-жёлто-белого флага.
– Кто это?
– Судя по всему наши будущие союзнички, – недовольно выдохнул Яго. – Ладно, ускорь шагу. Всё сейчас узнаем у командира операции.
Отряд скрылся за серыми дверями здания и перед глазами Данте теперь множество людей в офисной одежде – рубашки, брюки, джинсы чёрные или блузки. Ему нет дела до персонала штаба, и он проходит по мрачно-освещённым коридорам, и народ расступался при их виде. Сапоги, касаясь о кафельную плитку, стучат в такт биению сердце множества людей.
Данте был бы рад прийти сюда в обычной военной форме, а не в полном боевом доспехе, но ситуация на грани полного бардака. Почти весь орден с техническим обеспечением готовится к высадке, а они, в экстренном режиме засланы сюда с небольшим комплектом боеприпасов и инструментов для их поддержки в конвертоплане. Этого мало, но что поделать? Даже броню нацелили на них для перестраховки – на случай, если придётся ли сражаться с врагом ещё в пути.
Воины находят нужный кабинет, который был обозначен в приказе о переводе. Данте толкает дверь сорок третьего кабинета, и она подчиняется – кусок пластика даёт пройти в большое помещение, больше похожее на зал нищего кинотеатра. Десять рядов стульев по пятнадцать тук на ряд, по бокам спуски к пространству, где стоит трибуна, а за ней широкий экран, ныне потухший.
Посередине места для выступлений, на насыщенно-синим коврике стоит высокий мужчина, в военной серой форме – куртка, штаны и сапоги. Его суровое лицо осталось невозмутимым, лишь прозвучал грубым голосом вопрос:
– Кто вы?
– Я – капитан первой роты «Тени» ордена «Палачи», Данте Валерон. Прибыл сюда по приказу Консула для участия в операции по наступлению на северные вражеские позиции.
– Почему все по форме?
– Мы не знали расположение ПВО противника. Боестолкновение могло начаться для нас в любой момент.
– Понятно. Проходите, располагайтесь, ждали только вас.
Данте с отрядом расселся на пластиковых стульях, заприметив ещё людей, которых не знал ранее и стал внимать суровым речам полковника:
– Так, ребята, у нас здесь полный бардак, так что вместо плана по большей части займёмся плохой импровизацией. Враг начал втягивание своих частей на юг Великой Пустоши, но мы то зубы ему пообломаем.
Двух хлопков хватило, чтобы экран включился и на нём высветилась интерактивная карта региона.
– Раньше было огромное государство – Конфедерация Свободных Народов, но как помните, его сначала врыли в землю, а затем поделили Рейх и коммунисты. Так вот, судя по данным разведки, сепаратисты хотят замутить воскресение этой страны. Наша же задача показать им, что те засранцы не могут возродиться.
