Падение Коцита полностью

— Ага! Понятно! Соединённые — это мальчики и девочки! Вот только вот каким таким образом они соединяются, мне не открывается никак… Это вам, девочкам, всё расскажи да покажи, а нам всё самим, всё самим…

И Двойная Шёрстка скорбно покачал своею хитреющею на глазах головушкой.

Мягкая Лапка рассмеялась.

— Путь Соединённых — это такое накопление душевности, когда Соединённые сами могут вместе создать из себя новую душу и для неё вырастить новое тело. Без образования Яйца.

Двойная шёрстка озадаченно почесал макушку.

— Дёрни меня за хвост, если мне понятно, каким образом может удастся такое!

Мягкая Лапка сверкнула глазками и потупилась.

— Правильно… Потому что новое тело умеют растить в себе только девочки.

Двойная Шёрстка распахнул глаза до полной невозможности, некоторое время смотрел на Лапку, а затем подозрительно спросил:

— А ты мне тут не на Корне хвост пушистишь[10]?

Как ни странно, она его поняла. Так сверкнула своими глазищами, что из них, показалось, даже молнии сверкнули. И ответила, да так, что и не встречалось ни разу, чтобы кто-то вот так вот говорил:

— А тебе, между прочим, никто в Соединение и не напрашивается!

И отвернулась.

Так они и просидели до окончания дождя.

А когда дождь закончился уже совсем-совсем, они всё ещё так и продолжали сидеть, старательно глядя в стороны и время от времени пошмыгивая носиками.

А когда подошла пора солносяда и Смотряка уже показался внизу, возле Плетения Мизгиря, чтобы отправиться назад, на своё Дерево, Двойная Шёрстка обречённо вздохнул и спросил, как в первый раз в Прыжок кинулся:

— Ну, мне, это, завтра приходить?

Мягкая Лапка независимо пожала плечиками.

— Как хочешь…

Чеши Ухо чесал ухо возле любого встреченного разговора, порою до полного раскрытия рта от непонимания говорящегося. Зато отрывочного знания обо всём в нём накопилось преизрядное количество. И раз уж Двойной Шёрстке по возвращению попался на пути именно Чеши Ухо, именно ему Двойная Шёрстка и изложил все свои сомнения.

— Девчонки? — переспросил Чеши Ухо и обвинительно ткнул в спросившего пальчиком:

— Девчоночник! На нашей Ветви завёлся девчоночник!

Обвинённый сжал лапку в кулачок и выразительно сосредоточил взгляд на ухе обвинителя. Хороший такой взгляд, таким сверху прицеливаются, когда на спор между Нитями Плетения Мизгиря прыгать собираются.

— Хочешь, ухо почешу? С размаху? Пару раз?

Чеши Ухо подозрительно посмотрел на приготовления и промолвил:

— В нашей стайке тоже подшёрсток выщипывать умеют!

— А нечего! — сказал Двойная Шёрстка.

— А чего — чего? — сказал Чеши Ухо.

Помолчали немного, потом у Чеши Ухо, как обычно, поменялось настроение. Какой-то он ненастроенный, вот. По два настроения на вздох меняет, во какой. И произнёс тогда Чеши Ухо совершенно другую речь:

— Ты меня слушай, в нашей стайке плохому не учат. Помнишь Растопырившего Взор? С нашей Ветви? Он совсем недавно из Прыгающих в Сидящие у Ствола пошёл. Так вот, он, раньше, ещё когда в нашей стайке был, иногда, когда мысли сложные попадались, завсегда вздыхал и говорил: «Да, это тебе не девчонок за хвостики дёргать».

И взглянул на Двойную Шёрстку с видом победителя, разгадавшего архинаисложнейшую загадку.

— Ну?

— А вот тебе и «ну»! Неужели не понял? Девчонок надо дёргать за хвостики. Он же теперь Сидящий у Ствола, ему же лучше знать!

— О чём знать?

— Ну как о чём? Как — о чём? О том, как надо правильно вести себя с девчонками. Ну, ты же про девчонок, поди, и раньше слышал?

Двойная Шёрстка почесал макушку и ответил:

— Ходили разговоры о каких-то там «девчонках»… Но ты же знаешь, о чём только не говорят на Дереве. И о том, что тут, под ногами, и о том, что, может, и не увидим никогда.

— Вот! — с жаром подхватил Чеши Ухо. — Разговоры ходють разные, но без деталей. А ежели — сам будущий Сидящий у Ствола! — говорил по поводу сложного: «Это тебе не девчонок за хвостики дёргать», значит — что?

— Что?

— Это значит, что девчонок просто-напросто нужно дёргать за хвостики, если что не так! Вот ты только что сознался, что девчонок видел. Так?

— Ну видел.

— Они — какие с виду? Хвостики есть?

— Ну есть.

— Ну — вот! Вот и дёргай! Если уж сам будущий Сидящий у Ствола…

Ссылка на авторитет Сидящего у Ствола подействовала, и Двойная Шёрстка задумался. Подумав, спросил неуверенно:

— Зачем же мне Мягкую Лапку за хвостик дёргать? Ей же больно будет.

— А ты не больно дёргай. Ты дёргай — как надо.

— А как — надо?

— Слушай, кто тут у нас с девчонками водится? Ты? Ты! Вот и думай — ты. Только помни: девчонок НАДО дёргать за хвостики.

Двойная Шёрстка обречённо вздохнул и пробурчал напоследок:

— Надо, надо… Сам знаю, что надо. А вот девчонки, — они-то сами знают, что их надо дёргать, — или нет?

Чеши Ухо задумался.