Падение Коцита полностью

Но и Живое уцелело. ЛЛиу-РРи, к примеру, сумевшие, наконец… — но об этом позже. Или вот. Люди боя, проходившие под руководством богини подземный проход, торя путь для удара светлых богов. Они, конечно же, умерли. В своё время. Потому что Правило Преображения Тел в Матрице Реальности планеты было искажено силой Вторгшегося и превратилось в Закон Смерти. Но души их, — души их обрели собственное свечение и отправились в долгий путь перерождений. К сожалению, их души уже были из разряда Отражений не целых Зеркал Сути, а Зеркал, уже поделенных на отдельные участки. Поэтому прожечь Зеркало силой своего огненной сути им не удалось бы, именно для этого и было предпринято Вторгшимся дробление поверхностей Зеркал Сути… Память их, под воздействием Закона Смерти, блокировалась и каждую новую жизнь они начинали с нуля, с самого начала. Для чего, в частности, и было совершено искажение Правила Преображения Тел в Закон Смерти. Но сути их, — сути их душ продолжали своё бытие. Они воплощались в разные времена, в разных местах, у разных народов. Иногда они встречались в новом обличии, и о дружбе и боевом братстве их складывали легенды. Иногда они рождались в телах людей из враждующих стран. И тогда легенды складывали о их противостоянии. Позднее, когда система раскроется, они обретут память всех своих прежних перевоплощений.

А до той поры они продолжают ожидать возвращения своей богини. Жить. Порою смутно вспоминая некие обрывки теней былого. Порою повинуясь неосознанным движениям своей души, — они идут по жизни, из бытия в бытие, из воплощения в воплощение.

С яростью в руках.

И верностью — в сердце.

Конец первой части второй книги

По широкой равнине тянулась кажущаяся не имеющей ни конца, ни начала, — длинная цепочка гигантских животных. Диплодоки, бронтозавры, завры помельче… Вдоль подневольно шевелящей ногами колонны покорных тел носились взад и вперёд группы мелких, но зубастых и когтистых, переговаривающихся с помощью сложно модулированных вариантов вопля. Впрочем, длинная цепочка тел только казалась не имеющей ни конца, ни начала. Если улететь за горизонт, начало этой тоскливой очерёдности, рано или поздно, но обнаружится. А конец — конец у всех одинаков.

Смерть.

Передвижная платформа Лилит-Наамат обрабатывала свои жертвы с тягучей монотонностью, без спешки, но и без остановки. Очередное животное поднималось по наклонному пандусу и попадало в сложную систему захватов, надёжно удерживающих тела в заданном положении. Затем тело вздрагивало, когда жала трубок кровоотсоса впивались в артерии.

Кровь. Нужна исключительно только — кровь.

Обескровленное тело, едва разжимались захваты, мягко, но тяжко валилось вбок, прочь, оземь. Умирающие тела, уже не имея силы встать, вяло двигали конечностями, истекая остатками животворной влаги. Требования технологии изготавливаемого повелевали задействовать только живую кровь. Пока животное, вздрогнув от укола игл, терпеливо ожидало невесть чего, стоя в удерживающих захватах, кровь их откачивалась и поступала в особый, колышущийся, раздувающийся, псевдоживой резервуар-накопитель. Но едва только потеря крови превышала некий определённый объём, в кровеносную систему выбрасывались «гормоны смерти». И этот изменённый состав крови уже не годился для целей Лилит и Наамат. Умирающие животное скидывалось с платформы. Сверху тут же зависала вимана Цитадели Драг-Упсар. Падали сверху змеевидные нити транспортных цепей. Падали и впивались крючьями захватов во вздрагивающую плоть. Цепи натягивались, вимана поднималась выше и перетаскивала умирающее животное подальше, сбрасывая посреди уже мёртвых тел. Летела назад. Кровавые полосы указывали направления прежних полётов. Вся близлежащая местность оказалась завалена мёртвыми телами. Гигантская свалка смерти. Цитадель Драг-Упсар жертвовала значительной частью своего подвижного мясного запаса. Но дело того стоило.