Падение Коцита полностью

— Точно. Поэтому вода, как некое подобие крови, тоже занимает своё место в магических взаимоотношениях. Но кровь — это главный источник силы чёрной магии, основная пища. На втором месте по значимости стоят остальные органы тела. Потоки, как ты знаешь, состоят из множества составляющих. Поэтому все органы — разные. И, памятуя опыт общения с Новыми Людьми, попавшими под власть мёртво-существующих, легко можно вспомнить, что ритуалы жертвоприношения в разных местах отличаются именно во второстепенных деталях.

Кровь приносится в жертву всегда и везде. Её либо откровенно скармливают своим богам, то есть подручным планетарного демона. Либо выливают в определённые места. Для иной формы употребления. Это — везде.

Потребность в иных составляющих в разных местах — разная. Поэтому разнятся и ритуалы. Способ высвобождения частиц Потоков практически одинаков: разрушение органа через сожжение. Но в одном месте требуют от людей вырезать сердца и сжигать их отдельно. В другом месте — разламывать крупные суставы и сжигать весь обескровленный труп. В третьем — вырезать жир с внутренних органов и сжигать его вместе с глазами, вынутыми из глазниц трупа специальным предметом. Дополнительно выполняющего роль скипетра власти в данном племени…

— Ещё одна деталь, — сказал Тотигусигарий. — Кровь проходит через сердце. А перикард, защитная оболочка сердца, это место крепления души к телу. Поэтому, покушаясь на кровь, покушаются на душу, и — …

— Это именно детали, — мягко прервал его Митра. — А мы сейчас говорим о главном. А главное у нас — что?

— В открытой системе — магия. В закрытой — чёрная магия. Чёрная магия — это извращение магии.

— Точно, — согласился Митра. — А извращение чёрной магии называется «техника». Всё дело в том, что по мере закрытия системы силовые возможности личного воздействия на мир меняются. Чем более плотно закрывается система, тем меньше доля Потоков, имеющих отношение к человеку. К полубогу, богу из Живых и так далее. Ввиду того, что к моменту наибольшего закрытия системы боги, полубоги и так далее уже попросту не в состоянии находиться на поверхности планеты, основным населением остаётся человечество. То есть, беспамятные, слабые, смертные существа, целенаправленно выведенные как источник пищи структур мёртвого существования. Чёрная магия, как и магия ранее, — тоже теряет свою силу. И её место занимает — техника.

— То есть, колесницы и всё такое прочее, — проворчал Тотигусигарий.

— Можно сказать и так, — согласился Митра. — Только техника, — это намного больше, чем колесницы. Техника — это мёртво-существующее подобие магии.

— Не понял? — сказал Тотигусигарий.

Они дошли до группы скал и остановились. Точнее, сперва остановился Митра. Остановился и посмотрел на спутника. Несколько мгновений тот недоумённо глядел на белого бога, а затем спохватился и увеличил усилия по осознанию и чувствованию подземного объёма пространства. Ну, так и есть. Мало того, что под ногами — сеть пещер, подземный мирок со слабо тлеющей жизнью. Там ещё оказались и кочевники. Семейная группа или род целиком. Хотя, нет, всё же скорее семейная группа. Где-то от полутора до двух десятков Новых Людей разного пола и возраста. А любопытные тут скальные образования. Ишь ты как закрывают своё живое содержимое от обычного чувствования мира. Надо будет захватить один-другой тутошний камушек для более подробного изучения….

— Заглянем? — предложил Митра.

Встретившему их кочевнику явно было страшно. Но стороживший проход крепко сжимал своё копьё: чей-то витой, спиралевидный рог, длиной в руку человека, хитрым образом прикреплённый к опять же чьей-то кости величиной уже чуть ли не с самого человека. Это где же они надыбали подобное? Хм, может — пещеры?

Увидев в ауре стража готовность умереть, Митра улыбнулся краешками губ и сказал:

— Зови шамана.

Шаман, сухой и жилистый, как и все тутошние кочевники, старикашка со скверным характером, судя по ауре, явился на тревожный зов очень быстро. Посмотрев на пришедших, приказал жестом молодому стражу, — с явно родственными чертами лица, — опустить своё оружие.

— Боги пришли забрать наши жизни?

— Боги пришли в пещеры. Но они позволяют тебе сопровождать их. Богам не нужны ваши жизни, но капля воды, упавшая на раскалённый камень, — исчезает.

Тотигусигарий мимоходом подивился тому, каким образом Митра всё это высказал. В единое целое слилось и осознание собственного могущества, и пренебрежение встреченными, и рассматривание встреченных как некую забавную козявочку. Которую и придавить не жалко, и в то же время она так забавно шевелится, что задержать на ней взгляд на какое-то время можно… И только потом уже, задним умом он догадался, что общаться с местными, пожалуй что, возможно только так. Чтобы они, местные, воспринимали их как… как песчаную бурю, принявшую облик человека. Не как предмет поклонения, и уже тем более не как объект охоты. А именно как нечто, чьё присутствие необходимо терпеть, оставаясь при этом где-то подалее и стараясь не привлекать к себе особо пристального внимания. Во избежание, так сказать…