— Она права, — с горечью произнес Холден. — Тереза должна сама решить, но любой из нас будет только раздражителем. Или даже угрозой. Другой приемлемый вариант — Элви, но она...
— Двойной агент, — вставил Фаиз. — Предала империю.
— Она наблюдает за погружением, — закончил Холден и обратился к Танаке: — И что будет, когда вы до него доберетесь?
— Заберу его оттуда. А если не смогу, то установлю с ним более надежную связь. Мы выясним, что он узнал, и найдем способ защитить империю. Обстоятельства, может, и изменились. Но моя задача — нет.
А если бы вы убрались с дороги и дали мне ее выполнить, многие люди были бы еще живы. Танака этого не сказала, а Холден не находился в ее голове, как другие, но она не сомневалась, что он отлично все понял.
— Не империю, — сказала Нагата. — Защитить все человечество.
Танака пожала плечами.
— С моей точки зрения, разница несущественна.
— Вы правы, — сказал Холден. — Давайте сначала избавимся от угрозы вымирания. А потом можем снова убивать друг друга, с более цивилизованной скоростью.
Он посмотрел на Танаку, и мошки вокруг его головы застыли, словно каждая тоже внимательно ее изучала. Танака поняла — он размышляет о том, как все-таки ее убить, когда с остальным будет покончено.
— Конечно, — улыбнулась она. — Сначала главное.
— Я поговорю с Терезой, — сказала Нагата.
— Отлично, — ответила Танака. — Сколько времени это займет?
Тридцать шесть часов спустя Танака получила подтверждение, что всё готово к эксперименту. К тому времени в пространство колец прибыло еще семь кораблей. Прибытие еще тридцати ожидалось на следующий день. Очень скоро здесь будет болтаться без дела целый флот, не зная, чем заняться. Но они и не нужны. Если ей позволят выполнить свою работу. Завершить миссию, во что бы она ни превратилась.
В голове у Танаки толпилась куча незнакомцев, как на вечеринке с коктейлями, но она больше не чувствовала себя потерянной. Голоса звучали тише, на них можно было не обращать внимание. Она пошла в спортзал, изматывая себя, пока не начала чувствовать только боль в мышцах. Она приняла мощный паровой душ, стоя между жесткой струей и вакуумным сливом, горячая вода почти обжигала. Как и на тренажерах, благодаря боли Танака полностью сосредоточилась на физических ощущениях. Это принесло ясность.
В глубине души ей хотелось найти любовника — кого-нибудь из команды — и несколько часов трахаться. Еще один способ полностью сосредоточить внимание на собственном теле и ощущениях. Но ее останавливал не страх, что ее застукают. А смутная уверенность в том, что всё это узнают, почувствуют, испытают другие люди. Теперь у нее не могло было быть личных секретов. Постоянно присутствующие в голове другие касались ее мыслей, пытались затянуть в свои воспоминания и эмоции, как будто откусывали сознание кусочек за кусочком.
Она постоянно проверяла, не пришло ли новое послание от Трехо, но тщетно. Однако медленным потоком стекались отчеты по итогам опросов, которые она вела до перехода в систему Бара-Гаон. У капитана «Прайса» развилась кататония. Старый медик с «Кондзина» начал принимать психоактивные вещества, чтобы рассудок принадлежал только ему, но остальные на корабле начали угасать. Он публиковал в сети видео, как экипаж работает в странной тишине и с удивительной синхронностью, словно десяток щупалец одного чудовища.
Уйдя из пространства колец в систему Паркер, «Илрис Ивс» перестал отвечать на вызовы и сменил полетный план, вместо главного города на второй планете взял курс на далекую экзопланету, вращающуюся по неэллиптической орбите и помеченную для обследования как вероятный артефакт.
Куда бы ни посмотрела Танака, везде обнаруживались признаки и сообщения о проникновении сознания от одного человека к другому. Каждую минуту ей приходилось жить с болью, которую невозможно высказать. Хотя высказывать и не было необходимости. Экипаж «Деречо» все понимал. Они все находились в той же ловушке.
***
Боттон стоял в своем кабинете, закрепившись на палубе магнитными ботинками. В руке у него была груша, а взгляд устремлен куда-то вдаль. Боттон медленно сосредоточился на Танаке и отдал честь. С тех пор как они покинула базу «Гевиттер» и Бара-Гаон, его лицо еще больше осунулось, а на подбородке и шее торчали клочки щетины.
— Капитан, — сказала она.
— Чем могу помочь? — немного заторможенно спросил он.
— Что вы пьете?
Он на мгновение застыл, потом взглянул на грушу в руке, словно забыл о ней.
— Воду. Это вода.
— Лекарство?
Он кивнул и пошел к своему столу, магнитные ботинки щелкали на каждом шаге. Таблетки персикового цвета, которые он достал из запертого ящика, теперь были знакомы Танаке как воздух. Боттон закинул их в рот и запил.
— Я поставлю автоматическое напоминание.
— «Сокол» готов.
Боттон встрепенулся.
— Удачной охоты.
— Я пришла не за этим.
