– Не понимаю тебя, Норна. – Темный устало провел ладонью по лицу. – Любой вменяемый человек, или кто ты там есть, не стал бы тратить силы для столь гуманного умерщвления своего, будем откровенны, идеологического врага. Еще и задумываться о погребении. Должно быть, ты не так глубоко зомбирована вашим этим Обелиском? Не знаю, кто ты теперь, но когда-то давно ты ведь тоже пришла в Зону другой. Может, тоже хотела подзаработать на сладкую жизнь… Никогда не задумывалась? И на кой именно сюда? На Большой земле девчонки зарабатывают куда более приятными способами…
– Меня вела Зона. Всегда. Просто не всегда я Ее слышала или понимала, как до́лжно. Да и сейчас не поняла до конца… Однажды Зона сказала мне, что если я стану оружием Ее – я разрушу то, что уже пострадало от рук людей. Я стала двигаться в обратном направлении – и вот через детей Своих Она мне снова доносит, что недовольна…
– Как у вас все мудрено. Не знаю, что там насчет Зоны, но во всем надо искать золотую середину. Любой перегиб не приводит ни к чему хорошему. А уж как тебе ее искать – не подскажу. Мне до лампочки все эти ваши духи, видения и прочие голоса в голове… – Темный покосился на тело своего юного напарника. – Ладно… почти до лампочки. И это… спасибо, что ли.
– Командир! Норна! Вы там живы? – Мрак разрезали два длинных луча. – Бог ты мой…
– Есть новости? – Темный не позволил эмоциям подчиненных отвлекать от дел насущных.
– Всплеск закончился, а Шурка выход нашел. Как раз на тропу, что к базе выведет, – отчитался пулеметчик.
Подъем занял больше времени, чем предполагалось изначально. Кое-где неосторожного путника поджидали почти незаметные провалы в полу. Из стен опасно торчали обломки арматур. В нескольких местах коридор сужался настолько, что с трудом можно было пройти даже боком. Новорожденные аномалии бурлили и потрескивали, так и норовя затянуть случайную добычу.
Темный шел впереди, Шурка и безымянный для меня пулеметчик аккуратно несли завернутое в плащ-палатку тело напарника. Мне же досталась роль замыкающей.
Ожидания не оправдались. Рассчитывая, что испытание оказаться в рядах еретиков даст ответ на многие вопросы, я лишь вынужденно констатировала, что их стало еще больше. Вся история предназначения запуталась сильнее. Определенно следовало улучить момент и со всех ног нестись к Хирургу, пока очередные загадки не сменили мой маршрут.
После долгой темноты золотисто-пурпурное закатное сияние показалось ослепительно ярким. После Всплеска прошел дождь. Лужи сверкали, словно разбросанные вокруг стекла.
Вновь на повестке дня встал скорбный неприятный вопрос. Ничего не было в зрительной доступности, что могло бы стать последним пристанищем парнишки. Однако искомое обнаружилось буквально за углом.
Обогнув развалины деревенской школы, мы вышли на поляну, поросшую короткой зеленой травой. Посреди нее величественно возвышалось огромное дерево с бело-серой корой и алыми листьями.
Детекторы помалкивали, да и мои чувства не выдавали ничего подозрительного. На поверку дерево действительно оказалось абсолютно обычным, лишь чересчур привлекательным для мрачных пейзажей Зоны. Под ним и обрел место упокоения наемник Макс.
Едва осел порох прощального салюта, из-за лохматых туч показалось и вовсе крайне редкое для этих мест явление – яркая, насыщенная цветами радуга, разорвавшая окружающую серость цветистым росчерком.
Брат Курт, обожавший старинные книги, рассказывал, что в легендах древних воинов радуга есть не что иное, как мост между божественными мирами. Что ж… Значит, неспроста явилась нам столь редкая аномалия. Быть может, сама Зона сейчас наблюдает за нами и провожает в последний путь успокоенную душу. А позже откроет и мне столь долгожданную дорогу к очищению.
Когда мы прибыли на базу, Темный построил личный состав и вкратце описал новую цель, не забыв упомянуть и испытание, которое поставила перед нами Зона.
Мой статус в клане неожиданно повысился. Вероятно, за столь необычный подвиг. Да, пусть я еще находилась в положении «инструмента», но теперь мне полагалось личное оружие – моя же винтовка и короткий нож. И безопасное проживание в подвальной комнате Темного.
По меркам общей не слишком дружелюбной атмосферы, внизу было даже уютнее. На стенах сохранились зеленые обои, расписанные когда-то белыми розами. Шкафы хоть и пустовали, но выглядели вполне прилично. Два кресла и кровать с потертым клетчатым пледом приютились в левом углу.
Особое внимание привлек короткий обоюдоострый топор на настенной подставке, расписанный диковинными узорами и начищенный до зеркального блеска. Деревянную рукоять украшала сложная резьба и дарственная подпись, в которой уже было не разобрать всех слов. Судя по зазубринам на лезвиях, иногда Темный пользовался этим необычным оружием. Отчего-то не хотелось знать, для каких целей.
– Не беспокоить до свистка, – приказал Темный охранникам, закованным в тяжелую броню.
Едва мы остались тет-а-тет, наемник запер дверь изнутри на покрытый ржавыми пятнами ключ.
