Через КПК Темный запустил беспроводную колонку. Зазвучала тихая музыка. Переливы нот фортепиано смешивались со звонкими раскатами электрогитары и ритмичным стуком ударных. Глубокий бархатный голос иностранного певца чем-то напомнил молитвы Преподобного. Жаль, я не понимаю слов…
– Как ты получила свои умения? – спросил наемник, закуривая.
– Долгая история… Я похоронила ее во всех смыслах. Даже твой мастер заплечных дел это из меня не вытянет. Слишком много бед принес такой выбор. – История обретения пси-способностей показалась куда интимнее того, что скрыто под комбинезоном и в скором времени потребуется моему обладателю. И оттого я ускользнула от прямого ответа. – А что подвигло тебя?
– Все-таки пролезла в голову? Нет? Тогда, сто́ит отдать тебе должное, ты наблюдательна. Или умеешь выбирать момент. Парни знают эту историю. Поэтому, кстати, некоторые делишки «Независимых» я не разделяю и пресекаю в зародыше, если обнаружу. Даже если поймаю на этом самого верного и продуктивного. В общем, был у меня младший братец. Спортсмен, комсомолец и подающий надежды скрипач всея Москвы. И случилась у него подростковая влюбленность. «С кем не бывает», «подумаешь»? Как бы не так. Он как с той девкой сошелся, так и по учебе скатился, и про скрипку стал забывать. Матушка и не заметила. Мол, из-за любви голову потерял, потом наверстает. А я места себе не находил. Вот как чувствовал, что что-то не так. Ну и в один момент решил проследить, куда это братец на свиданки бегает. Как Штирлиц из того старого кина: они в парк – я за ними, они в магазин – и я как будто бы случайно за хлебом зашел. Так вот. Пришли в какую-то халупу на краю города. Я даже сначала не поверил, что в таком клоповнике люди жить могут. Да наша база по сравнению с тем – райские кущи! Нашел какое-то бревно, забрался – решил в окно глянуть, чем это они там заняться собрались. А тут по работе позвонили… Чуть не спалился. Так увлекся, что звук вырубить забыл.
– Пропустил все самое интересное? – предположила я.
– Как бы не так… – с горечью возразил наемник. – Разговор затянулся, но я пришел в самый интересный момент. Братец мой без чувств валяется, пену изо рта пускает, а баба с каким-то левым хреном в два раза ее старше… кхм… В общем, накрыло меня. Схватил кусок какой-то железяки, что забор подпирала, и в хату. В себя пришел, когда мозги по стенам разбросало. И тут, как назло, братишку попустило. Вот представь себе: просыпаешься ты после глюков, рядом два жмура и родной брат в кровище с арматурой наперевес.
– Рехнуться можно, – сочувственно произнесла я.
– Он и рехнулся… Я стражей порядка вызвал, а они уже скорую. Видел своего братишку последний раз, когда его в карету паковали. Я уже в браслетах сидел.
– Я не знаю ваших законов… Что тебе было за двоих?
– Условкой отделался… Как бы тебе объяснить… На свободе был, но под контролем. Ну… почти как ты у меня. Понимаешь? – горько ухмыльнулся Темный. Я кивнула. – Связи у меня есть хорошие, и кошельки у этих связей толстые. Да и кому охота за плебс без роду-племени впрягаться? В общем, кому надо рот заткнули. Я даже тюрьмы толком не видел. Только вот рассудок это братану не вернуло. Сначала первые пару лет врачи мне в принципе запрещали с ним видеться. Затем хоть и пускали ненадолго, но это был уже не тот бойкий малый, которого я знал. Так… бледная худющая тень в халате. Никого не узнаёт, сам с собой болтает… будто бы и не в нашем мире. Я в бабле никогда не нуждался. Работал в высоких чинах в одной солидной конторе. Так вот, нашел другую клинику, где знаменитости от гедонизма отходят. Оплатил все, что надо. И вроде бы все начало налаживаться…
– Но что-то пошло не так?
– Угу, – промычал наемник. – Мама все молилась, чтоб рассудок к братишке вернулся. По ходу, на Большой земле нас небеса давно не слышат. Только мелкого из больнички выпустили и в школу вернуться позволили, так он себе новых «друзей» нашел. Слышала, что снаряд в одну воронку дважды не падает? Ложь это. Наглая. Я по опыту своему биографии всех этих гадов поднял, но кое-что мимо проскочило. Вернулся братец на кривую дорожку. Сначала шкерился, типа я не вижу. Потом уже начал откровенно деньги из дома выносить. Один раз ушел. Вроде как на лекции свои по скрипочке, Паганини хренов. И пропал. Час нет, два нет… Потом звонок. Мне. Ничего не разобрать, но я понял, что возня нездоровая. В тачку прыгнул и на сигнал телефона полетел.
– Соболезную, – прервала я. Равнодушное спокойствие и отрешенность собеседника не состыковывались с ужасной историей, чем и пугали до холода на кончиках пальцев.
– Я не успел. Оказалось, он в долги влез. Хотел частично откупиться, да не вышло. Отделали его как сидорову козу. Теперь не то что скрипку – стакан воды в руки взять не сможет. Да и ремиссии, похоже, не предвидится. Вот так. Мечтал, что у брата на свадьбе спляшу, а в итоге в больничном дворике его выгуливал как старика умалишенного. Нет в этом мире богов, Норна. Или же давно они плюнули на нас. А может, все вместе. Мне тоже на них плевать. – Темный пустым взглядом уставился в стену.
