- Конечно, не идеал, но это лучше чем ночевать в чистом поле,- философски сказал герольд, садясь на стул и снимая сапоги.
- Я бы предпочла лес,- презрительно сказала Эллейн, подходя к одной из кроватей и дотрагиваясь до одеяла.- Секунду...Почему тут вши?
- Не обращай на них внимания. Вши обычное явление в таких местах,- рассеяно ответил Генрих, разбирая свои вещи.- От этих насекомых трудно избавиться.
- Забавно, вы создали мощную армию, осваиваете новые способы убивать, а вывести вшей не можете. В Лесу такого не было...
- Ну, что я могу сказать? Полагаю, лучше терпеть вшей, чем быть завоёванным и погибнуть.
- И всё сводится к войнам,- вздохнула Эллейн, садясь на кровать.- Вы, люди, любите воевать.
Девушка рассудила, что её новой коже, способной выдержать холод ледяного демона, не страшны мерзкие насекомые. Хоть Эллейн и была принцессой, но она ещё и принадлежала к расе эльфов, и не было в природе ничего, что могло бы вызвать её отвращения. Даже паршивая человеческая кровать и мерзкие насекомые
- Наверно,- согласился Генрих, заканчивая разбирать вещи.- Впрочем остальные расы тоже часто сражается. Ты просто не видела. К слову о войне. Знаешь, то, что ты пережила бой с Зентребом, не даёт гарантии, что в следующий раз тебе так повезёт.
- На что ты намекаешь?
- Мне нужно знать твою тактику в бою с Зентребом. Тогда у меня будет больше шансов помочь тебе.
- Да что ты можешь?- удивилась Эллейн.- Если ты будешь сражаться бок о бок со мной, то мне придётся прикрывать тебя от атак Зентреба, и тогда он точно победит. Я могу быть быстрее, чем он, но какой толк в скорости, если мне придётся принимать на себя удары, адресованные тебе?
- Зентреб не подумает, что тебе есть дело до моей жизни,- заметил Генрих.- Я участвовал во многих сражениях и знаю, что любая мелочь может изменить ход сражения, один верный удар может принести победу, но чтобы нанести его я должен знать всё о способностях Зентреба... И твоих силах. Я понимаю, тебе не просто мне довериться, но ты должна. В одиночку нельзя сражаться с таким противником.
Целую минуту Эллейн молчала, а затем медленно склонила голову в знак согласия.
- Хорошо, Генрих. Завтра я расскажу тебе всё. Или, точнее, покажу. А пока... Ты сказал, что те двое влюблены и назвал это глупостью. Думаешь, любовь это глупость?
- Любовь это прекрасное чувство,- сказал Генрих, ложась на кровать и блаженно закрывая глаза.- И, не смотря на это, оно вынуждает людей делать глупости. Которые затем преследуют нас всю жизнь.
- Так ты думаешь, любовь это слабость?- с любопытством спросила проклятая принцесса.
- Я думаю, что любовь - штука неоднозначная. Это обоюдоострый меч, который может ранить обоих. Это яд, который может убить, и лекарство, способное исцелить. Она может спасти, придать нам сил или погубить. Это как тёплый ласковый огонь, который горит в тебе, когда ты видишь ту, кого любишь. И всё, что ты хочешь, чтобы она была счастлива. Вот моё понимание любви.
- Весьма необычное мнение,- признала девушка.- Похоже, ты уже испытал это чувство.
- Да,- помолчав немного, ответил Генрих,- Всё закончилось не очень хорошо.
- У неё был кто-то ещё?
- У неё были способности к магии, и её собирались отправить в башню магов,- мрачно ответил герольд, не открывая глаз.- А я пошёл в оруженосцы к Бульёнскому. Больше мы не виделись. А как ты понимаешь любовь?
- Не знаю, - задумчиво ответила Эллейн.- Сейчас я чувствую лишь ненависть.
- Какая она? - заинтересовался Генрих.- Что ты чувствуешь?
- Это что-то вроде горячего огня, жгущего тебя изнутри. Оно медленно разъедает нутро, и, в тоже время, даёт тебе сил идти вперёд. Немного похоже на твоё понимание любви.
- Ненависть сильное чувство, но злое, оставляющее шрамы внутри,- сказал Генрих.- Оно антипод любви, на мой взгляд. И заставляет нас творить ужасные вещи. Я слышал, что когда избавишься от неё, почувствуешь лишь пустоту. А пустота ещё хуже ненависти. Потому, что ты не чувствуешь ничего.
- Нет,- покачала головой Эллейн.- Ненависть хуже, пустота принесла бы мне покой. Надеюсь, так и будет, когда я убью Зентреба.
После недолгого молчания, Генрих сказал.
- Давай спать, утро вечера мудрее.
- Хорошо, - грустно улыбнулась Эллейн в темноте.
