Несмотря на сибирское мое рождение, я тоже могу причислить себя к этому роду-племени, потому что все мои предки с незапамятных времен жили на Рязанщине; вятичи еще в раннее средневековье проникли до муромских лесов и мещерских болот. И только тут, в Козельске, я вдруг вспомнил, что мама однажды прислала мне в студенческое общежитие посылку из Чернигова, в которой была небольшая пуховая подушка с наволочкой, вышитой по ранту красным и черным крестом…
Границы расселения вятичей, за исключением западной, менялись с VIII по XIII век, но географическим центром их земли всегда оставался район Козельска. Неизвестно, существовало ли у племени столичное поселение, только жиздри некие козьи кручи для него были идеальным местом – опасные границы во все стороны далеки, а на этих обрывах легче обороняться. Кроме того, степь с ее вечной угрозой надежно была отгорожена двумя широкопойменными водными потоками и непроходимой полосой дремучих лесов, сохранивших свое стратегическое значение, между прочим, до XVII века, – через них шла знаменитая Засечная черта, тянувшаяся отсюда аж до Нижнего Новгорода. А с северо-запада к району Козельска примыкало малолесное и сухое водораздельное плато с хорошими, пригодными для земледелия почвами. Однако главное достоинство этого места заключалось в другом: козельские крутяки располагались на переломной порожистой точке важного водного пути древности: Днепр – Десна – Россета – Жиздра – Ока – Волга. О торговом и военном значении этого широтного пути и стратегической важности пункта посреди него история говорит примечательными, хотя и скупыми словами.
Тысячу лет назад, а точнее, в 981 году, киевский князь Владимир – еще не Креститель и не Святой, а Красное Солнышко – после войны с поляками, во время которой захватил «грады их Перемышль, Червень и ины городы, иже суть и до сего дне под Русью», предпринял большой поход в противоположную сторону,
Из краткого продолжения Несторовой записи мы узнаем, что, во-первых, вятичи, жившие на лесной окраине средневековой Руси, были в основном земледельцами, потому что платили дань не звериными шкурами, например, «по черной куне» с дыма или «по беле» со двора, а «от плуга», и, во-вторых, так было еще во времена Святослава. Вот эта интереснейшая концовка: «…и възложи на нь дань от плуга, яко же отець его имаше». Значит, и отец Владимира, великий воитель Святослав, освободивший вятичей от хазарской зависимости в 966 году, брал с них дань также от «рала», плуга, и современная археология подтвердила, что и тысячу с лишним лет назад наши предки обрабатывали землю кованым плугом, хотя во многих из нас живет ошибочное представление, будто русский крестьянин повсеместно пользовался деревянной сохой вплоть до Октябрьской революции…
И еще одно немаловажное сведение скрыто за лапидарным сообщением первого нашего историка – вятичи перед походом Владимира сумели освободиться от дани Киеву, обрести независимость.
Даже в XII веке проезд через землю вятичей расценивался летописцами как подвиг, и покорение этого сильного племенного союза Владимиром в 981 году, кстати, было тоже не окончательным – гордые вятичи тут же «заратишася», то есть восстали с оружием в руках, и Владимиру пришлось предпринять еще один поход. Отчаянно сражались вятичи на своих засечных границах, стойко держались в городах, в том числе, – конечно, и над жиздринскими кручами, но силы были слишком неравными. Эта кровопролитная победа потребовалась киевскому владыке не только и, наверное, не столько ради дани – походы во все концы давали немало, так сказать, «с меча», а традиционно земледельческая хлебородная южная Русь «с плуга» – неизмеримо больше тогдашнего Нечерноземья; куда важнее было стратегическое и политическое значение события 982 года. Через год «иде Володимиръ на Болъгары с Добрынею оуемъ своимъ в лодьяхъ».
– Былинный Добрыня Никитич, дядя Владимира по материнской линии. Сестра Добрыни Малуша стала матерью Владимира… Так вот, покорение вятичей открыло водный путь с Днепра на Волгу. Политический смысл этой победы состоял в том, что вятичи, а через два года и радимичи стали последними большими восточнославянскими племенами, с подчинением которых Киеву завершается процесс огромной исторической важности – средневековая Русь окончательно утвердилась как единая и могучая многонациональная европейская держава с централизованной властью, хотя начальные государственные образования в виде больших союзов племен и княжеств здесь существовали задолго до призвания варягов, которое тешило и тешит норманистов.
– Доныне?!
– Да, что всегда использовалось в политических целях. Все главные события средневековой Руси ставились и до сего дня иногда ставятся в чрезмерную зависимость от деятельности пришельцев, чтобы доказать неспособность наших предков к самостоятельному историческому развитию, созданию собственной государственности.
