– Татьяна Николаевна! – говорю я археологу Никольской, раскопавшей древнее Дешевское городище и несколько средневековых вятичских городов. – Неренск – это не…
– Нет, нет! Этот город пока не найден. И его не стоит искать на Серене, где стоял Серенск, называемый летописцами также Шеренском.
«Наш город»… Это сказано, наверное, потому, что мы с Татьяной Николаевной много о нем говорили. Но как археологические раскопки могут подтвердить название города, если не найдено на этот счет записи на камне или бересте? Современной науке известен археологический уникум – Райковецкое городище. Этот пока
– А наш город? – спрашиваю я о поселении, до останков которого не смог доехать осенним бездорожьем.
– Он замечательно сохранился, конечно, с точки зрения археолога. Помню, как впервые мы пришли на этот речной мыс. Серена обтекает его, а с напольной стороны – представьте себе – до сего дня глубокий ров и вал…
И я представляю, как археологи, оглядевшись, ставят палатки, заваривают чай, достают лопаты, ножи, пинцеты, щеточки-кисточки, геодезические приборы, фотокамеры, планшеты, миллиметровку, намечают, с какого конца приступать, срезают первый двадцатисантиметровый слой и с волнением начинают перебирать его осторожными и чуткими пальцами. Это нелегкий, кропотливый и очень ответственный труд, потому что культурный слой, переработанный археологами, погибает навсегда и никто в будущем его уже не восстановит, если даже придет сюда с самыми благими намерениями, совершеннейшими методами, орудиями и приборами, неограниченным запасом времени и средств.
В своей фундаментальной книге «Земля вятичей», вышедшей в 1981 году, Т. Н. Никольская подвела итоги раскопок земли наших предков, и теперь мы довольно полно представляем образ жизни, экономику, торговые, культурные, в том числе международные связи вятичей, многое можем сказать об их верованиях, ремеслах, обычаях, художественном вкусе, жилищах, замках феодалов, крепостях. На сегодняшний день обнаружено 1183 кургана и 1161 селище и городище вятичей, и почти все они, подчеркну,
Нет, вятичи в эпоху Средневековья не были отсталым племенем, что «жили в лесу, молились колесу». Да, они дольше других восточнославянских племенных союзов сохраняли вечевой способ общественного управления и пережитки язычества, но неподкупная археология засвидетельствовала высокий уровень их культурного и хозяйственного развития, оборотистость и мобильность. Спешу поделиться с читателем вполне сенсационным археологическим открытием, говорящим о международных связях вятичей в VIII – Х веках, и особенно с Востоком. Когда ученые нанесли на карту расположение кладов серебряных арабских монет-дирхем, то вдруг выяснилось, что вятичская земля в тот период превосходила по масштабам торговых операций с Востоком все другие районы средневековой Руси, а также все другие славянские земли. «Клады в земле вятичей составляют почти половину всех кладов на славянских землях (!)» (
Археология возникла одновременно с другими науками – впервые это слово употребил еще Платон в IV веке до нашей эры, обозначив им вообще науку о древностях. Даже очень краткое эссе о мировой или отечественной археологии заняло бы множество страниц, поэтому приостановлюсь лишь на том, что в ней ближе всего мне лично, или, верней сказать, поделюсь с читателем тем, что при моем многолетнем интересе к родной старине связалось в памяти и моих записных книжках-тетрадях с одним археологическим эпизодом, приключившимся больше ста лет назад на древней земле северян в Чернигове.
