– Очень приятно. Боюсь показаться банальным, но у тебя очень красивое имя.
– Спасибо, – шепчу в ответ, хотя безумно хочется сказать: «Твое тоже ничего», но развивать разговор не хочется. Пусть лучше Платон посчитает меня дикой, и хотя бы в первый день нашего знакомства я не заставлю его усесться за другую парту.
Я не вижу его, но прекрасно представляю, как он легонько пожимает плечами и изображает на лице эмоцию «не хочешь общаться – как знаешь». Дальше звенит звонок, и в классе появляется учительница истории, класс затихает, я медленно выдыхаю.
Начинается урок. Елена Сергеевна решает начать его не с очередной исторической даты и события, а со знакомства с новым учеником. Наша Елена Сергеевна явно ошиблась эпохой, но это не мешало ей быть одним из лучших учителей нашей скромной школы. Учительница старой закалки с самым строгим внешним видом: очки с толстой оправой грязно-розового цвета, собачья какашка, свитая из скудной растительности на голове, болотного цвета блуза, застегнутая до самого верха, на пару тонов темнее юбка то ли до середины голени, то ли до пят – обращает внимание всего класса на одного-единственного учащегося.
Елена Сергеевна со сдержанной улыбкой на губах просит Платона встать и о чем-то спрашивает, что-то говорит сама, но меня это не интересует. Пользуясь случаем, я аккуратно пытаюсь рассмотреть новоиспеченного соседа. Незаметно кошусь в сторону Шивова, желая навсегда зафиксировать в своей памяти каждую мелочь.
Прежде чем встать с места, Платон засучил рукава своего пиджака и обнажил жилистые руки. Тыльную сторону ладоней украшают хитросплетения выпирающих вен. На всю внутреннюю часть от запястья до локтя правой руки растягивается тату – предложение на иностранном языке, скорее всего латынь. Шея крепкая, напряженная. Красивый нос. Мужественные скулы. Милая улыбка. Он шикарен. А исходящий от него аромат… Не сойти с ума невозможно. Старшеклассник не должен так выглядеть, это преступление. Шестое чувство подсказывало: скромная успеваемость женской половины учащихся, включая и меня, резко снизится. Какие там уроки, когда нужно изловчиться, чтоб поймать в сети такую рыбку.
С появлением Шивова в моем классе я чаще и болезненнее стала сожалеть о первом числе нового года. Мне отчаянно хотелось, чтоб какой-нибудь Гринч уничтожил первые числа всех январей и то, что со мной произошло, никогда бы не произошло. Бессонными ночами я упивалась собственными мечтами о том, какая мы с Платоном прекрасная пара: я – Барби, он – Кен. Мы оба идеальны, мы побеждаем во всех школьных конкурсах, которые не так давно были позаимствованы у американских школьников и успешно приживались у нас: «король и королева школы», «лучшая пара», «мистер и мисс школы», «самый красивый и самая красивая», «пара года»… Если б только дата первое января две тысячи первого года была просто одним из дней, затерявшихся в сотнях других. Если бы…
