Тем временем со стороны первого фургона к ним подошли три стражника-акционера. Они сгибались под весом огромной звериной лапы, оторванной у самого плеча, из которого все еще капала кровь. Пять когтистых скрюченных пальцев угрожающе покачивались в опасной близости от лица одного из мужчин. Между тем стражники довольно улыбались.
— Как тебе эта ручонка, Харада? Жаль, остальные три потерялись в пути. Смотри, какая красивая!
Однако хозяйка каравана не разделяла их веселья. Она прикрыла воспаленные глаза, вздохнула и промолвила:
— Нас преследовали демоны. Целая стая. Наверное, заблудились и перепугались не меньше нашего.
— А почему они на вас напали? — спросил Скворец.
— Это было вовсе не нападение, господин командор, — пояснил стражник. — Просто демоны хотели выбраться из этого кошмара. Мы были не прочь их вывезти, да уж слишком тяжелыми они оказались.
— И слишком требовательными, — прибавил его товарищ. — Как будто мы им слуги…
— Хватит уже болтать, — оборвала стражников Харада. — И уберите свой трофей.
Но мужчины подошли слишком близко к переднему колесу. Как только демоническая рука коснулась обода, пальцы ее решительно сомкнулись. Стражники в испуге отскочили. Оторванная рука осталась висеть на гигантском колесе.
— Какой ужас, — поморщилась Харада. — И как же мы теперь поедем?
— Да очень просто, — беспечно ответил самый бойкий из стражников. — Колесо эти пальчики быстро обомнет. Сами отвалятся. Ты уж прости, Харада. Недоглядели.
Подъехали малазанские всадники.
— Это ваши сопровождающие, — пояснил Скворец. — Госпожа Харада, мы бы хотели услышать подробный рассказ обо всем, что приключилось с вами по дороге. Полагаю, проследить за разгрузкой смогут и ваши помощники.
Хозяйка каравана молча кивнула.
Скворец поискал глазами Серебряную Лису. И она, и малазанки продолжали идти вперед, унося на своих ногах кровь раненого бога…
Раздумья Каллора, как всегда, были мрачными.
«Пепел и прах — вот что нас ждет. А эти глупцы исправно собираются в штабном шатре и развлекаются пустопорожней болтовней. Смерть заполняет магические Пути. Хотя мне-то что до этого? Порядок превращается в хаос из-за своих же собственных правил, которыми он опутал все вокруг. Мир лишь вдохнет с облегчением, когда в нем не останется чародеев. Я уж, во всяком случае, определенно не буду скорбеть по поводу уничтожения магии».
Шатер заполнял дым свечи, в воск которой был добавлен порошок из высушенных морских червей. Эта порода, редкая даже в древности, нынче и вовсе исчезла. Язычок пламени слегка колебался, и вместе с ним двигались тени на стенах. В неярком свете поблескивали старинные доспехи Каллора.
Он сидел на древнем резном троне из железного дерева и вдыхал дым свечи. Кому-то этот дым показался бы дурманящим и удушливым, но для бывшего Верховного Короля он был животворным.
«Алхимия значительно превосходит чародейство. Мир природы скрывает в себе гораздо больше чудес, чем чудеса магов. Проживи эти хвастуны хоть тысячи жизней, они и тогда не сравнятся с природой. Взять те же вековые свечи. Моя жизнь давно бы уже оборвалась, но они подпитывают плоть и кровь. Каждый вдох дарует мне новые силы. Я понимаю страх людишек перед вечной жизнью. Они боятся дряхлости, жалкого существования в иссохшем теле. Я бы тоже на такое не согласился. Но для избранных у природы есть средства, сохраняющие телесную крепость. За одну ночь я продлю свою жизнь еще на сто лет. Мне достаточно вот этой небольшой свечечки, а их у меня припасено достаточно».
У долгой жизни была такая же давнишняя спутница — скука. Временами у Каллора пропадало всякое желание что-либо делать, и он впадал в апатию. Но только не сейчас.
«Бывают моменты, когда необходимо действовать быстро и решительно. Все, что может показаться напрасно потраченными годами и даже столетиями, суть не более чем приготовления. Есть животные, которые охотятся неподвижно; когда эти звери замирают, они наиболее опасны. И я — как раз такой хищник. Я всегда был таким; просто те, кто меня прежде знал… их давно уже нет. От них остались лишь пепел и прах. Те, кто окружает меня сейчас, представляются мне глупыми ребятишками. Они беспечно резвятся и даже не подозревают, что среди них притаился охотник. О, как же они слепы…»
Бледные морщинистые руки Каллора сжимали подлокотники трона. Его мысли бродили по долинам воспоминаний, доставая их, словно трупы из могил, и снова возвращая обратно.
