– Ни! Никак нет! – Гном даже сплюнул для пущей убедительности. – Людей разбужу, а никакого дракона и в помине не будет – на смех поднимут, трактир продавать придётся, бежать куда глаза глядят, голым и босым бежать!
Клара быстрым шагом спешила следом за мужем и старшим сыном, Свамме проворно семенил рядом, воинственно вскинув топор наперевес.
– Расскажите, господин Свамме, мне всё по порядку. Что видели, чего не видели?
– Как же, добрый господин Стайн, со всевозможной радостью всё и поведаю. Сплю я, это, значит, себе мирно, десятый сон вижу…
Рассказывал гном обстоятельно, пожалуй, даже слишком.
– Взревело где-то над лесом, господин Стайн, да так, что я с перины слетел. Ну, Свамме, говорю себе, значит, я не я буду, если не завёлся у нас дракон!
– Вот именно дракон и ничто иное? – осведомилась Клара.
– Дракон, добрая госпожа, или Свамме драконов не слыхал? Слыхал, как есть слыхал, во всех видах и слыхал и даже видал. Один раз. Но всё равно!..
Взревел он, значит, я и вскочил. Топор схватил, значит – он у меня всегда в изголовье, добрая госпожа, на всякий случай, значит, – и на двор. Выскочил – батюшки-светы! – что творится-то! Небо над пущей, куда не ходит никто, – огнём горит! Да не просто огнём, а огнём зелёным! А все знают, коль огонь зелен – то беды не миновать, госпожа Клара!
– Если зелёный огонь – то беды не миновать, Свамме? Это отчего же?
– Присловье у нас, гномов, такое есть, добрая госпожа. Огонь каким должен быть? Рыжим, там, красным, золотистым, оранжевым, на худой конец – синеватым, коль газ подземный зажечь в горелке. Но никак не зелёным! Это только если в пламя всякие присадки сыпать, но так на то они и присадки!
– То есть выскочили вы, господин Свамме, на улицу…
– Ага. Выскочил, огонь увидал, думаю – всё, конец нашему Поколю славному.
– И что же дальше?
– Дальше, господин Аветус? А дальше ничего. Стихло всё над лесом, потемнело обратно. Звёзды высыпали, как им и положено. Другой бы уже и домой собрался, досыпать, значит, – но только не я, Свамме! Надо, ясное дело, дозором идти, в оба глядеть, всё ли в порядке. Стража-то ночная, старый Кипрей, спит небось, тревогу и то поднять некому.
– А остальной народ, Свамме?
– А что остальной народ, госпожа Клара? – Гном презрительно оттопырил губу. – Дрыхнуть он горазд, вот что я вам скажу, вы уж не обижайтесь великодушно. Людям не в обиду, а только у нас, Подгорного племени, на драконовто нюх куда острее. Мы их из-под земли достанем, коль нужда припрёт! И за тремя хребтами услыхать сумеем!
Клара невольно улыбнулась.
– Не родился ещё такой дракон, чтобы от Свамме Гриммсона скрыться сумел! – гремел разошедшийся трактирщик.
– Ну, господин Свамме, теперь-то уж точно можете спать идти. Мы досмотрим.
– Правда? Вот уж спасибо, господин Аветус, а то, признаться, у меня уже глаза слипаются. Да и драконище тот куда-то подевался, как и не было…
– Не волнуйтесь, – снисходительно кивнул Сфайрат. – От нас с госпожой Кларой ничто не скроется. Ступайте домой, досточтимый Свамме, мы тут с госпожой Кларой всё сами доправим.
– Не-ет! – возмутился гном. – А ну как тот дракон вернётся? Ух, ух, как же он над лесом-то крутил и ревел голосом дурным, ну, ровно несварение у него случилось или там запор.
– Зап… что?! – поперхнулся Сфайрат, и Клара всерьёз испугалась за целостность и сохранность гномьей шкуры.
– Запор, господин Аветус. Драконы, должен вам поведать, жрать дюже способны. Налетят на стадо – и давай глотать всё без разбору. Овца так овца, бык так бык. Бывало, и пастуха с собакой прихватывали. Сожрут, значит, всё, что могут, – а потом брюхом маются. Они хоть, конечно, драконы, а пузо у них такое же, как у всех, разве что побольше. Но не бездонное же! Вот нажрутся, значит, до отвала и даже больше, а потом летают, спать не могут, ревут, народ честной пугают…
– Спасибо, Свамме, – с непроницаемым лицом проговорил Сфайрат. – Спасибо, что просветил меня в… кулинарных привычках драконьего племени. И о последствиях переедания.
– Всегда рад, господин Аветус, всегда рад…
Гнома они в конце концов насилу спровадили спать, а Клара со Сфайратом и Чаргосом бросились прямиком на погост. Слова призрака словами призрака, но всё-таки, всё-таки…
Вот и горбатый мостик через быструю Риэну, вот и старая церквушка на холме, озарённая светом всех трёх лун, вот и кладбище. Стойте, что это?!
Ярко светили луны, ночь и не думала кончаться, прямо перед ними лежали старый погост и запертая церковь. Ограда стоит, а вот ворота…
Ворота валяются на земле, петли с мясом вырваны из кирпичной кладки. И повсюду – жирная чёрная копоть.
Сфайрат наклонился, провёл пальцем по кирпичам. Кинул быстрый взгляд на Клару, едва заметно кивнул.
Значит, Иссор ошиблась. Значит, мертвяки вырвались с погоста раньше, чем ожидалось, и Айке с Эрри пришлось тут потрудиться… У Клары вдруг яростно застучало в висках, колени подогнулись от обессиливающего ужаса.
– С ними всё в порядке, мама. – Чаргос подоспел первее всех, подхватил мать под руку. – Я б почуял. Я всегда чую, когда с ними чего не так. Помнишь, когда Айка…
