– Ступай к Эгвейн, – велел Мэт. – Бери всех, кто у тебя есть, и задай жару тем шарцам, кто владеет Силой, – понял?!
– А как же Демандред? – тихим голосом осведомился Логайн. – Он не перестает выкликать Дракона, и сил у него как у десятерых. Его не одолеть никому из нас.
– Разве тебе не хочется попробовать? – спросил Мэт. – Вот почему ты здесь. Надеешься, что я прикажу тебе сразиться с Демандредом.
После паузы Логайн кивнул:
– Дракона Возрожденного он не получит. Так что пусть довольствуется мной. Его… заместителем, если угодно.
«Кровь и треклятый пепел… Да они все ненормальные!» Увы, но что еще мог предпринять Мэт против Отрекшегося? Пока что его план битвы строился вокруг Демандреда, которого надо было отвлекать и провоцировать на ответные действия. Пока Отрекшийся занят управлением войсками как военачальник, он будет меньше направлять Силу, а значит, станет приносить меньше вреда.
Пора найти способ разобраться с Отрекшимся. И Мэт старается что-нибудь измыслить. С самого начала треклятой битвы Мэт думает, как бы от него избавиться, но так ничего и не выдумал.
Он снова заглянул в свои обзорные врата. Войскам Илэйн приходилось совсем туго. Надо хоть как-то им помочь. Отправить туда шончан? Мэт велел им ждать на южном краю Поля Меррилор, на берегу реки Эринин. Их вступление в битву станет для Демандреда сюрпризом, и он не сможет бросить всю армию Тени в бой у подножия Взгорка. Кроме того, на шончанских солдат у Мэта имелись планы, причем немаловажные.
Он сомневался, что у Логайна есть шансы на победу в схватке с Отрекшимся, но с Демандредом надо что-то делать. Раз уж Логайн готов пойти на этот риск, так тому и быть.
– Можешь сразиться с ним, – разрешил Мэт. – Или сейчас, или чуть позже, когда он станет чуток послабее. О Свет, надеюсь, мы сумеем его измотать. Так или иначе, решение за тобой. Выбери момент и нападай.
Логайн улыбнулся, затем создал переходные врата прямо посреди комнаты и шагнул в них, положив руку на меч. Чем-чем, а гордостью он не уступал Дракону Возрожденному, это уж точно. Мэт покачал головой. Он готов был отдать что угодно, лишь бы держаться подальше от всех этих важных птиц. Да, теперь он, может, и один из них, но это дело поправимое. Надо лишь уговорить Туон отречься от трона и сбежать вместе с ним. Дело непростое, но… Кровь и пепел, Мэт командует войсками в Последней битве, и в сравнении с этим испытанием Туон – не самый крепкий орешек.
– Слава людская… – прошептала Мин. – Она еще впереди.
– Кто-нибудь, проверьте, как там наши часовые, – велел Мэт, возвращаясь к изучению карт. – Пора бы переправить тебя в другое место, Туон. Вряд ли здесь безопасно, и Логайн наглядно это продемонстрировал.
– Я сумею постоять за себя, – надменно ответила императрица.
Чересчур надменно. Он заломил бровь, и Туон кивнула.
«Да ну? – подумал Мэт. – Значит, вот он, повод для ссоры?»
Слишком неубедительный. И совсем не факт, что шпион примет его за чистую монету.
Они с Туон собирались последовать примеру Ранда – тот однажды провернул хитрый трюк вместе с Перрином. Если Мэт сумеет изобразить размолвку с императрицей и в результате Туон отведет войска, Тень – хотелось бы верить! – перестанет обращать внимание на шончанские силы. Но для конфликта требовался повод.
Вошли двое телохранителей. Нет, трое. Третий не привлекал к себе внимания. Глядя на Туон, Мэт покачал головой – мол, давай-ка найдем более реалистичное основание для ссоры – и опять уткнулся в карту.
Почему-то что-то в третьем охраннике не давало ему покоя. Какой-то он невысокий. «Больше похож на слугу, а не солдата», – подумал Мэт и заставил себя поднять взгляд, хотя вообще-то отвлекаться на слуг было некогда. Да, вот он, этот парень, стоит поблизости у стола Мэта и совершенно не заслуживает внимания, даже если и вытаскивает кинжал.
Кинжал.
Едва увернувшись от удара Серого Человека, Мэт вскрикнул, выхватил один из своих ножей, но тут Мика завопила:
– Направляют! Совсем рядом!
Мин закрыла Фортуону своим телом, когда стена штабного домика вспыхнула. В образовавшуюся дыру с обгорелыми краями хлынули шарцы в чудно́й броне из металлических кружков, окрашенных в золотистый цвет. Их сопровождали бойцы с татуированными лицами, способные направлять Силу: женщины в длинных платьях из плотной черной ткани и мужчины в истрепанных штанах, но без рубашек. Все это Мин увидела за миг до того, как опрокинула трон императрицы.
Над головой у нее промчался огненный поток, опалил шелковые одежды и уничтожил стену позади трона. Фортуона высвободилась из объятий изумленно заморгавшей Мин, оставив у нее в руках только громоздкое парадное облачение, сшитое так, что его можно было сбросить в любой момент.
Уже сжимая в руке нож, Туон, оказавшаяся теперь в глянцевито блестящих штанах из черного шелка и облегающей блузе того же цвета, негромко зарычала по-звериному. Мэт тем временем повалился навзничь, и какой-то человек с кинжалом собирался его прикончить. Откуда он взялся, этот человек? Мин не помнила, как он вошел.
