Мэт кивнул. Когда погибла Тенобия, Башир стал королем Салдэйи, но пока что отказывался принимать корону. Вмешательство в разум потрясло его до глубины души. Он сказал лишь, что теперь Салдэйя сражается заодно с Малкир, и велел своим равняться на Лана и его людей. А вопрос с троном так или иначе разрешится, если все они переживут Последнюю битву.
– Что с тобой случилось? – спросил Башир. – Говорят, враги уничтожили твой штаб.
– Верно говорят, – кивнул Мэт. – И еще от нас ушли шончанские войска.
– Кровь и пепел! – воскликнул Башир. – Только этого не хватало. Шончанские псы, чтоб им сгореть!
Окружавшие Мэта Стражи Последнего часа никак не отреагировали на его слова.
Силы Илэйн цеплялись за берег у пересохшего русла, но едва-едва: выше по реке троллоки постепенно обходили их с фланга. Отряды Андора – громадные людские квадраты, что щетинились пиками, будто ежи, – держались только благодаря отменной выучке и упорству бойцов.
Подобное построение Демандред мог бы рассечь, надлежащим образом вбив клинья между отдельными каре. Сам Мэт тоже отправлял в стремительные атаки конницу Отряда Красной руки и андорскую кавалерию, не давая троллокам прорвать ряды каре пикинеров или мешая окружить силы Илэйн.
Ритм битвы пульсировал у него на кончиках пальцев. Мэт даже не предвидел, а предчувствовал решения Демандреда. Всем остальным исход битвы, пожалуй, был очевиден: атака превосходящими силами, прорыв строя пикинеров и разгром Мэтовой обороны. Однако на деле все было куда тоньше.
Порубежники Лана добили троллоков выше по реке и теперь нуждались в новых приказах. Это хорошо. Эти воины потребуются Мэту на следующем этапе его плана.
Сопротивление трех громадных щетинистых каре понемногу слабело, но если он сможет поставить в центре каждого по паре-тройке тех, кто владеет Силой, то пикинеры воспрянут духом. Да обережет Свет того, кто сумел отвлечь Демандреда. Кем бы он ни был. Атаки Отрекшегося уничтожали андорских солдат целыми отрядами. Демандреду не требовалось убивать их поодиночке; достаточно было разбить каре плетениями Единой Силы, а там уже за дело принимались многочисленные троллоки.
– Башир, – произнес Мэт, – умоляю, скажите, что ваша дочь дала о себе знать.
– Никто ничего о ней не слышал, – ответила Дейра. – Мне очень жаль.
«Кровь и пепел! – подумал Мэт. – Бедный Перрин».
И бедный Мэт. Как тут справишься без Рога Валир? О Свет! Мэт крепко сомневался, что сумеет победить даже с помощью треклятого Рога!
– Поезжайте вверх по течению, к Лану, – велел он. – Передайте, чтобы ударил по троллокам, пытающимся обойти правый фланг андорцев. И еще скажите, чтобы в скором времени ожидал новых приказов.
– Но я…
– Плевать, что вы тронуты Тенью, слышите? – перебил его Мэт. – Проклятье! Так или иначе Темный касался каждого сердца, и это истинная правда. Но его касаниям можно противостоять. А теперь отправляйтесь к Лану и скажите ему, что надо сделать!
Сперва Башир напрягся, но затем – как не странно – расплылся в широкой улыбке за повислыми усами. Вот ведь треклятые салдэйцы. Это ж надо – любят, когда на них повышают голос! Похоже, слова Мэта приободрили великого капитана, и они с женой стремительно ускакали прочь, но перед этим Дейра бросила на Мэта нежный взгляд, от которого ему стало неуютно.
Теперь… Теперь ему требовалась армия. И переходные врата. Ему нужны треклятые переходные врата. «Дурак», – подумал он. Сам же отослал всех дамани. Ну почему не оставил при себе хотя бы одну? Хотя от них мурашки по коже, как будто под рубахой снуют пауки.
Мэт осадил Типуна, и рядом остановились Стражи Последнего часа. Некоторые из них зажгли факелы. Когда вместе с Мэтом они вступили в бой с шарцами, это, несомненно, стало для них заслуженным наказанием. Но похоже, этого им было мало. Им хотелось еще.
«Туда», – решил Мэт и направил коня к воинству, расположившемуся южнее всех каре пикинеров Илэйн. Это были преданные Дракону. Прежде чем шончан покинули Дашарский бугор, Мэт отправил сюда эту армию в качестве подкрепления для андорских войск.
Он до сих пор не знал, как относиться к этим бойцам. Когда они собирались на Поле Меррилор, Мэта тут не было, но донесения он получал исправно. Люди из самых разных стран, самого разного звания и положения в обществе, они объединились, чтобы сразиться в Последней битве, невзирая на былую верность правителям и лордам и на разделяющие их границы. Их преданность Ранду попирала любые клятвы и обязательства.
Мэт пустил Типуна быстрой рысью вдоль тыловых андорских рядов. Следом рысили Стражи Последнего часа. О Свет, шеренги андорцев прогнулись. Паршиво. Что ж, Мэт сделал свою ставку, а теперь мог лишь оседлать треклятую битву и надеяться, чтобы она не сильно брыкалась.
Скача галопом к преданным Дракону, он услышал нечто совершенно неуместное. Пение? Мэт остановил коня. Огиры вели бой с троллоками, продвинувшись к высохшему руслу реки, чтобы помочь солдатам Илэйн, сражавшимся напротив болот, и не дать врагу обойти левый фланг Илэйн.
