В этом мире не существовало проблем. Здесь люди быстро справлялись со своими обидами. Это был мир дающий, мир единства, а не разногласий. Зачем кому-то королевское внимание?
Илэйн была прекрасна, как в тот день, когда они расстались. Разумеется, уже не беременная. С Последней битвы минуло сто лет, но Илэйн выглядела так, будто нисколько не состарилась.
Ранд подошел к ней, поглядывая на стену сада, с которой однажды сверзился, после чего и состоялось их с Илэйн знакомство. Сад был совсем другим, но стена осталась прежней. Эта многострадальная стена повидала и разорение Кэймлина, и пришествие новой эпохи.
Илэйн взглянула на него, не вставая со скамьи, изумленно раскрыла глаза и вскинула ладонь к губам:
– Ранд?!
Он твердо смотрел на нее, положив руку на навершие меча Ламана. Официальная поза. Почему он встал именно так, а не иначе?
– Это розыгрыш? – улыбнулась Илэйн. – Где ты, дочь? Снова развлекаешься с Маской зеркал, чтобы надо мной подшутить?
– Это не шутка, Илэйн. – Ранд опустился на колено и заглянул ей в глаза.
Что-то было не так.
– Ой, но этого не может быть! – воскликнула Илэйн.
Вот только перед ним не Илэйн, верно? Другие интонации, непривычные манеры… Разве могла она настолько измениться? С другой стороны, прошло целых сто лет…
– Что с тобой случилось, Илэйн? – спросил Ранд.
– Случилось? Ничего не случилось! День сегодня замечательный. Просто великолепный. Прекрасный мирный день. Как же я люблю сидеть в саду и наслаждаться солнечными лучами!
Ранд сдвинул брови. Этот жеманный тон, банальные фразы… Илэйн никогда не вела себя подобным образом.
– Надо устроить пир! – воскликнула она и захлопала в ладоши. – Приглашу Авиенду! На этой неделе она отдыхает от пения, хотя, скорее всего, дежурит по детям. Она всегда вызывается дежурить.
– Дежурить? По детям?
– В Руидине, – объяснила Илэйн. – Все просто обожают играть с детьми, причем повсеместно. На такие дежурства всегда полно желающих, страшная конкуренция! Но все понимают, что радостью надо делиться.
Авиенда. Присматривает за детьми и поет деревьям чора. Ну а что в этом плохого? Разве нельзя ей получать удовольствие от подобных вещей?
И все же здесь что-то не так. Ранд всегда считал, что Авиенда станет замечательной матерью, но представить, что она днями возится с чужими детьми…
Он снова заглянул в глаза Илэйн. Хорошенько так заглянул, до самой души, и где-то глубоко увидел в них притаившуюся тень. Пусть невинную, но все же тень. Похожую… Похожую на…
На тень, что появляется в глазах у тех, кого силой Обратили к Темному.
Ранд вскочил и нетвердо попятился.
– Что ты здесь устроил?! – крикнул он в небеса. – Отвечай, Шайи’тан!
– Шайи’тан? – Илэйн склонила голову к плечу. Она не испугалась. В этом мире не существовало страха. – Клянусь, я помню это имя! Столько времени прошло… Иной раз память подводит.
– ШАЙИ’ТАН! – проревел Ранд.
– Я НИЧЕГО ЗДЕСЬ НЕ УСТРАИВАЛ, СОПЕРНИК, – ответил далекий голос. – ВСЕ ЭТО СОЗДАЛ ТЫ, И ТОЛЬКО ТЫ.
– Чушь! – заявил Ранд. – Ты изменил ее! Изменил их всех!
– ТЫ ДУМАЛ, ЧТО, ЕСЛИ УБРАТЬ МЕНЯ ИЗ ЖИЗНИ ЭТИХ ЛЮДЕЙ, ОНИ НЕ ИЗМЕНЯТСЯ?
Эти слова отозвались в душе Ранда раскатами грома. Он в ужасе отступил. Взволнованная его поведением, Илэйн встала со скамейки. Да, теперь он ясно видел ее, эту сущность у нее в глазах. Илэйн перестала быть собой… Потому что Ранд отнял у нее возможность быть собой.
– Я ОБРАЩАЮ ЛЮДЕЙ К СЕБЕ, – продолжил Шайи’тан. – ДА, ЭТО ТАК. СДЕЛАВШИСЬ МОИМИ, ОНИ УЖЕ НЕ СПОСОБНЫ ВЫБРАТЬ ДОБРО. В ЧЕМ ЖЕ НАШЕ С ТОБОЙ РАЗЛИЧИЕ, СОПЕРНИК? ЕСЛИ ТЫ ДЕЛАЕШЬ ТО ЖЕ САМОЕ, МЫ С ТОБОЙ ОДИНАКОВЫ.
– Нет! – закричал Ранд, схватился за голову и упал на колени. – Нет! Без тебя мир станет совершенным!
– СОВЕРШЕННЫМ. НЕИЗМЕННЫМ. ПОГИБШИМ. УБЕЙ МЕНЯ, ЕСЛИ ХОЧЕШЬ, СОПЕРНИК. СДЕЛАЙ ЭТО, И Я ОДЕРЖУ ПОБЕДУ. ЧТО БЫ ТЫ НИ СДЕЛАЛ, ПОБЕДА ОСТАНЕТСЯ ЗА МНОЙ.
За этими словами последовала очередная атака. Ранд вскрикнул и сжался в комок. Созданный им кошмар разлетелся вдребезги, и световые полосы прянули во все стороны, будто струйки дыма.
Тьма вокруг него содрогнулась и запульсировала.
– ТЕБЕ ИХ НЕ СПАСТИ.
Ранда вновь обвил сияющий, полный энергии Узор. Не воображаемый, а самый настоящий. Истинный смысл того, что случилось. Создав образ мира, в котором нет Темного, Ранд сотворил нечто ужасное. Нечто омерзительное. Еще хуже, чем то, что видел прежде.
Темный вновь атаковал.
Закинув ашандарей на плечо, Мэт вышел из боя. Треклятый Карид требовал битвы – чем безнадежнее, тем лучше. Что ж… Теперь он должен быть совершенно счастлив. Должен приплясывать и заливаться хохотом! Его желание сбылось. О Свет, еще как сбылось! Что правда, то правда.
