– Думаю, в мире не осталось ничего неизведанного, – усомнилась Певара. – У Отрекшихся имелся доступ к знаниям других эпох.
– Вы и правда думаете, что в Черной Башне орудует Отрекшийся?
– Почему бы и нет? – спросила она. – Представьте, что вы готовитесь к Последней битве и хотите обеспечить себе победу над врагами. Неужели вы допустите, чтобы те, кто способен направлять Силу, собравшись вместе, тренировались, обучали друг друга и набирались сил?
– Да, – тихо ответил Андрол. – Допущу. А затем подчиню их своей воле.
Певара сжала губы. Пожалуй, он прав. Упоминание об Отрекшемся взбудоражило Андрола, и теперь его мысли читались куда яснее.
Какие противоестественные узы… Ей необходимо от них избавиться. После чего Певара с радостью свяжет Андрола с собой должным образом.
– Я отказываюсь брать на себя ответственность за случившееся, Певара, – сказал Андрол и снова выглянул в окно. – Вы первой наложили на меня узы.
– После того, как вы предали то доверие, которое я вам оказала, предложив объединение в круг.
– Я не причинил вам вреда. Чего вы, собственно, ожидали? Разве смысл круга не в том, чтобы объединить наши силы?
– Препирания ни к чему не приведут…
– Вы говорите так лишь потому, что проигрываете в споре. – Эти слова были сказаны самым ровным тоном, да и внутри Андрол был совершенно спокоен. Певара начала понимать, что вывести этого мужчину из себя не так-то просто.
– Я говорю так потому, что это правда, – возразила она. – Вы не согласны?
И почувствовала, что ему смешно. Он видел, как Певара направляет разговор в удобное русло. И еще… он был впечатлен и думал, что неплохо бы перенять ее навыки.
Дверь кладовки со скрипом приоткрылась, и внутрь заглянула Лейш, кругленькая приятная женщина с белыми волосами. Она была странной парой для своего мужа, вечно угрюмого Аша’мана Канлера. Лейш кивнула Певаре, давая понять, что прошло полчаса, и снова притворила дверь. Поговаривали, будто Канлер связал жену узами. И кто она теперь? Женщина-Страж?
С этими мужчинами все шиворот-навыворот. Певара полагала, что связывать узами свою половину не так уж неуместно – по крайней мере, каждый будет спокоен, зная, где находится муж или жена, – однако использовать подобные узы в столь приземленных целях представлялось каким-то неправильным. Такое плетение предназначено для Айз Седай и ее Стража, а не для мужа и жены.
Андрол разглядывал Певару. Как видно, пытался распутать беспорядочный клубок ее мыслей. Странный он, этот Андрол Генхальд. Как можно быть таким целеустремленным и вместе с тем неуверенным в себе? Эти качества сплетались в нем, будто две бечевы. Он делал все, что требовалось, но не переставал волноваться, что на его месте должен быть кто-то более достойный. Непонятно…
– Да я и сам себя не понимаю, – сказал Андрол.
И в придачу он еще умеет выводить людей из себя! Ее сознание для него все равно что открытая книга, хотя сама Певара едва в состоянии улавливать ход его мыслей! Когда это он успел?
– Вы не могли бы подумать об этом снова? – попросил он. – Я не разобрал.
– Идиот! – буркнула Певара.
Андрол улыбнулся, затем снова глянул поверх подоконника.
– Еще рано, – сказала Певара.
– Уверены?
– Да. А если и дальше будете высовываться, спугнете его, когда все же придет.
Андрол снова присел на корточки, хоть и без особой охоты.
– Значит, так, – сказала Певара. – Когда он явится, командовать буду я.
– Лучше бы нам объединиться в круг.
– Нет. – Отныне она не окажется в его власти. Только не после того, что было в прошлый раз.
Певара поежилась, и Андрол взглянул на нее.
– Есть серьезные причины, – продолжила Айз Седай, – чтобы не формировать круг. При всем уважении, Андрол, ваши способности не настолько велики, чтобы оправдать пользу от соединения. Нам двоим лучше действовать по отдельности. Поймите меня правильно. Что бы вы предпочли на поле боя? Одного солдата? Или двоих – пусть один из них и чуть менее искусен, – но оба способны выполнять разные задачи?
Он задумался над услышанным, затем вздохнул и кивнул:
– Ладно, уговорили. На сей раз ваши речи не лишены здравого смысла.
– Они никогда не лишены здравого смысла. – Певара встала. – Пора. Приготовьтесь.
Оба встали по бокам от двери, выходившей в переулок. Ее намеренно оставили приоткрытой, а здоровенный замок висел снаружи так, словно его забыли защелкнуть.
Они молча ждали, и Певара начала беспокоиться, что ее расчеты оказались неверны. Андрол будет покатываться со смеху, и…
Дверь распахнулась, и в кладовую сунулся Добзер. Чуть раньше Эвин как бы невзначай обмолвился при нем, что Лейш забыла запереть дверь и он стащил из задней комнаты бутылку вина. Андрол знал, что Добзер – горький пьяница, и за этот грешок Таим не раз избивал его до бесчувствия.
Певара чувствовала отношение Андрола к этому человеку. Печаль. Глубокая, всепоглощающая печаль. В глазах у Добзера не осталось ничего, кроме тьмы.
