— Как пожелаешь, — сказала она, снова глядя вниз на спящих мужчин. — Если это поможет тебе понять, волчонок, ты должен знать, что многие думают, будто мужчины вроде этих погибают во время Обращения. И потом что-то иное вселяется в их тела. По крайней мере, некоторые так думают, — и она исчезла.
Перрин вздохнул, потом спрятал Шип Сновидений и переместился назад, на крышу. Как только он появился, Гаул обернулся к нему, вытягивая стрелу.
— Это ты, Перрин Айбара?
— Это я.
— Интересно, следует ли мне попросить доказательства, — сказал Гаул, стрела по-прежнему наготове. — Мне кажется, в этом месте можно легко менять свою внешность.
Перрин улыбнулся.
— Внешний вид еще не все. Я знаю, что у тебя есть две гай’шан, одну ты хочешь, другую нет. Ни одна не хочет вести себя, как надлежит гай’шан. Если мы переживём Последнюю битву, одна, возможно, выйдет за тебя замуж.
— Возможно, — согласился Гаул, опустив лук. — Похоже, мне придется или брать обоих, или ни одну. Наверное, это — наказание за то, что им пришлось оказаться от копья, хотя это не я заставил их так сделать, это был их собственный выбор, — он покачал головой. — Купол пропал.
Перрин поднял Шип Сновидений.
— Вот он.
— Какое наше следующее задание?
— Ждать, — сказал Перрин, опускаясь на крышу. — И следить, привлечет ли внимание Губителя исчезновение купола.
— Что если нет?
— Тогда мы переместимся в другое его любимое место, чтобы найти его, — сказал Перрин, потирая подбородок. — Это место там, где есть волки, которых можно убивать.
— Мы слышали тебя! — прокричал Кэнлер Андролу во время перестрелки. — Сожгите меня, если это не правда! Мы были в моем складе наверху, и мы слышали, что ты говорил, когда просил о помощи! Мы решили, что нужно напасть. Сейчас или никогда.
В зале взрывались плетения. Фонтанами вспучивалась земля, и огненные шары приспешников Таима с возвышения летели в сторону двуреченцев. Исчезающие в неподвижных плащах крались по залу, доставая из ножен мечи.
Андрол, опустив голову, пытался пробраться от Кэнлера к Певаре, Джоннету и Эмарину, оставшихся у стены. Кэнлер услышал его? Врата, которые он сделал, как раз перед тем, как Таим, поднял его в воздух. Они, должно быть, открылись, но были настолько малы, что он не видел их.
Он снова мог создавать врата. Но только очень маленькие. Что в этом хорошего? «Их хватает, чтобы остановить пламя Таима», — думал он, пробираясь к Певаре и остальным. Ни один из этих троих не был в состоянии сражаться. Он сплел врата, пробивая щит, продвигаясь к…
Что-то изменилось.
Стена пропала.
Андрол на мгновение присел, ошеломленный. Взрывы и вспышки в зале били его по ушам. Кэнлер и другие сражались хорошо, но двуреченцы схлестнулись с обученными Айз Седай и, возможно, одним из Отрекшихся. Они падали один за другим.
Стена пропала.
Андрол медленно встал, затем пошел назад в середину зала. Таим и его люди боролись на возвышении; плетения Кэнлера и его парней слабели.
Андрол посмотрел на Таима и почувствовал, как им овладевает бешеная, сокрушительная злость. Черная Башня принадлежала Аша`манам, но не этому человеку.
Настало время Аша`манов, чтобы все исправить.
Андрол взревел, поднимая руки, и сплел врата. Сила устремилась через него. Как всегда его врата раскрылись быстрее, чем чьи-либо другие, быстрее, чем человек с его силой, был в состоянии сделать.
Он создал их размером с большой фургон. Он раскрыл их прямо перед направляющими Таима, устанавливая на место как раз тогда, когда враги выпустили очередной шквал смертельных плетений.
Врата преодолели расстояние в несколько шагов и открылись позади них.
Плетения, созданные женщинами и мужчинами Таима, вошли в открывшиеся врата, висевшие перед Андролом, словно туман в воздухе, а затем взорвались по другую их сторону.
Плетения убили тех, кто их сотворил, сжигая Айз Седай, убивая Аша`манов и нескольких оставшихся Мурддраалов. Собравшись с силами, Андрол взревел еще громче и открыл маленькие врата на путах Логайна, разрывая их. Он открыл другие врата в полу под стулом Логайна, переправив его из зала подальше от Черной Башни в безопасное, ниспошли Свет, место.
Женщина по имени Хессалам сбежала. Она бежала через собственные врата, Таим последовал за ней с некоторыми из оставшихся. Остальные не были так мудры — мгновением позже Андрол открыл врата размером с весь пол, так что оставшиеся женщины и Аша`маны рухнули сквозь них с высоты в сотни футов.
Проникнуть в Таразинский дворец в Эбу Дар было делом далеко не самым сложным, Мэт справлялся и не с такими задачами. Он повторял это себе снова и снова, свисая с балкона третьего этажа прямо над садами.
Он уцепился одной рукой за мраморный выступ, а другой удерживал на голове свою шляпу. Свой узелок он оставил внизу в садах. По его лицу стекал пот, несмотря на то, что ночной воздух был холодным.
