— До тех пор, пока они отвлекают на себя шаранских направляющих, да, — Эгвейн посмотрела вдаль, в ту сторону, где находился Ранд и ожидавшее его тяжелое сражение. — У нас нет выбора. Союзников становится все меньше. И сейчас любой, кто готов убивать троллоков, является другом. Только так.
Андорцы дрогнули, их ряды прогнулись, и троллоки, рычащие звери с зловонным дыханием клубившимся в холодном воздухе, хлынули в прорыв. Алебардщики, стоявшие рядом с Илэйн, беспорядочно побежали, спотыкаясь и падая. Первые несколько троллоков, не обращая на них внимания, с воем перепрыгивали через них, чтобы освободить место для других, точно темная кровь, струящаяся из раны.
Илэйн попыталась собрать те немногие силы, что еще остались. Она чувствовала, что саидар был готов ускользнуть от нее в любой момент, но ведь и солдаты, которые бились и умирали сейчас рядом с ней, были не сильнее ее. Они тоже сражались уже почти целый день.
Так или иначе, найдя в себе немного сил для плетения, она поджарила несколько первых троллоков огненными шарами, чуть приостановив поток, изливавшийся из раны в человеческих рядах. Следом полетел град белых стрел из лука Бергитте. Троллоки булькали, хватаясь за шеи, куда били стрелы.
Илэйн, сидя на лошади, посылала удар за ударом, ее уставшие руки вцепились в седло, она опускала веки, точно налитые свинцом. Куча мертвых поверженных троллоков была точно корочка на ране, которая не давала остальным продвигаться вперед. Резервные войска пошли в наступление, захватывая утерянные позиции и оттесняя троллоков.
Илэйн вздохнула, пошатнувшись. Свет! Она чувствовала себя так, будто бегала вокруг Кэймлина с тяжелым свинцовым грузом. Она едва могла сидеть прямо, не говоря уже о направлении Единой Силы. Ее зрение тускнело, затем потемнело совсем. Звуки погасли. Темнота.
Звук вернулся в первую очередь. Удаленные крики, лязг. Очень слабый сигнал горна. Вопли троллоков. Порой грохот драконов. «Они не так часто стреляют», — подумала она. Алудра изменила ритм залпов. Башир будет отводить войска в тыл по частям, чтобы они передохнули. Троллоки пойдут всей массой на прорыв, и драконы смогут какое-то время их удерживать. Когда троллоки пытались подойти ближе и уничтожить драконов, появлялась конница и и била их по флангам.
Так было уничтожено множество троллоков. Это была их работа… убивать троллоков…
«Слишком медленно, — думала она. — Слишком медленно…»
Илэйн обнаружила, что лежит на земле, встревоженная Бергитте склонилось над ней.
— О, Свет! — пробормотала Илэйн. — Я что, свалилась?
— Мы вовремя подхватили тебя, — пробормотала Бергитте. — Ты упала нам в руки. Поднимайся, мы отходим.
— Я…
Бергитте поднял бровь, ожидая её возражений.
Но трудно возражать, лежа на спине в нескольких шагах от передовой. Саидар покинула ее, и она, вероятно, не смогла бы снова ухватиться, даже если её жизнь зависела бы от этого.
— Да, — сказала она. — Я должна… мне следует проверить Башира.
— Очень мудро, — подтвердила Бергитте, подзывая охрану, чтобы помочь Илэйн влезть на лошадь. Она помолчала, потом добавила:
— Ты хорошо здесь потрудилась, Илэйн. Они знают, как ты сражалась. Твое появление на передовой рядом с солдатами вдохновило их.
Они стали торопливо пробираться в тыл. Там почти никого не было, большинство солдат уже вступили в бой. Они должны победить прежде, чем подойдёт вторая армия троллоков, а это означало, что в атаку пришлось бросить все силы.
И все-таки Илэйн удивилась, увидев, как истощены их резервы, слишком мало людей могло отойти из передних рядов сражения, чтобы отдохнуть. Как давно это продолжается?
Тучи затянули столь часто сопутствующее ей открытое небо. Это казалось плохим знаком.
— Пусть будут прокляты эти облака, — пробормотала она. — Какое сейчас время суток?
— Наверное, два часа прошло после восхода солнца, — сказала Бергитте.
— Свет! Тебе следовало заставить меня вернуться в лагерь несколько часов назад, Бергитте!
Женщина уставилась на нее, и Илэйн смутно вспомнила ее попытки сделать это. Ну, нет смысла сейчас спорить об этом. Илэйн немного восстановила силы и заставила себя выпрямиться на лошади, когда они въехали в небольшую долину между холмов, вблизи Кайриена, откуда Башир руководил боем.
Она поехала прямиком в командный пункт, не доверяя своим ногам, сомневаясь в их способности нести ее; оставаясь в седле, она обратилась Баширу:
— Получается?
Он посмотрел на нее.
— Я полагаю, что пока не могу рассчитывать на вас на передовой?
— Я пока слишком слаба, чтобы направлять. Извини.
— Вы держались дольше, чем должны были, — он сделал запись на своей карте. — Это хорошо. Я склонен полагать, что именно вы удерживали восточный фланг от поражения. Мне нужно отправить подкрепление на это направление.
— Как идут дела?
— Сами взгляните, — кивая в сторону холма, ответил Башир.
Илэйн стиснула зубы, но подтолкнула Лунную тень туда, откуда обзор был лучше. Она подняла подзорную трубу, причем руки у нее дрожали гораздо сильнее, чем ей бы хотелось.
