После отъезда джаваровских, все мужчины, способные держать оружие, собрались у Бориса в доме, который стал временным военным штабом. Остался только больной старик, его в поселке все называли дядя Гена, он почти не выходил из дома, и никто не рассчитывал на него как на «боевую единицу».
Хозяин достал из холодильника запотевший графинчик, рюмки и положил на стол нехитрую закуску.
– Борь, у нас же тут стратегическое совещание, а ты опять в пьянку все превращаешь, – Федор обхватил голову руками. Один на один он бы задушил Джавара как котенка, но его могучая сила против вооруженной банды была бесполезна.
– Какая тут пьянка, так только горло промочить. Одна пол-литра на семь мужиков. Да и надо как-то победу над зомбаками отпраздновать? – судя по лицу, пограничник отказывался принимать возражения.
Все согласились что надо, только Васильич пить отказался, так как уже пятнадцать лет не употреблял спиртное. Дмитрий Васильевич Филь переехал в поселок только прошлым летом, ему шел сорок третий год, но выглядел он гораздо старше, поэтому все называли его Васильич. Он быстро приобрел репутацию серьезного и не очень общительного человека, который жил один и большую часть времени проводил дома. Это был крупный детина под два метра ростом, плотного телосложения. Его лысая голова была гладко выбрита до блеска, он носил круглые очки и небрежно одевался. Сейчас Васильич сидел в мешковатой рубашке и засаленых длинных шортах со множеством карманов по бокам.
Васильич работал программистом-фрилансером, он «пилил» сайты, разрабатывал приложения и, благодаря неплохому знанию английского, получал заказы со всей планеты, не выходя из дома. В Дальний он приехал как-то случайно со своим приятелем, и ему так понравилось в поселке, что Дмитрий продал свою двушку в Питере и перебрался сюда. Оборудовав дом спутниковым интернетом, Васильич работал и наслаждался спокойствием, отдыхая от столичной суеты.
– Бойцов у них больше, вооружены лучше, лоб в лоб с ними нам тягаться не с руки, – начал рассуждать Борис, опрокинув первую рюмку, – засада нужна, эффект неожиданности.
Президент скрестил руки на груди, покачиваясь на стуле:
– А есть карта «Дальнего»? Как поселок расположен, рельеф местности?
Все задумчиво покачали головой.
– Да я так могу нарисовать, – предложил Леха.
Хозяин принес бумагу и карандаш, и парень стал обозначать объекты.
– Вот основные улицы, мы вот тут сейчас. А здесь – наша автономная электростанция, от которой поселок запитан.
– Нарисуй все дома, где еще люди живут, – попросил Лев Николаевич.
Парень сосредоточено стал чиркать карандашом, обозначая объекты, лес, реку:
– Ну, как-то так. Вот поле, где зомбаков мочили, дальше лес идет, южнее дорога до побережья тянется. С севера река, мост пешеходный, на машине там уже не проедешь, да и некуда, места безлюдные начинаются и горы потом.
– А между рекой и поселком что? – спросил президент и ткнул указательным пальцем в бумагу.
– Да ничего, поле просто, – кашлянул Федор, похрустывая малосольным огурцом с чесноком.
– То есть для пастбища или пашни сгодится земля?
– Конечно, без вопросов. Она раньше бесхозная была, никому же тут серьезным фермерством не хотелось заниматься. А сейчас пригодится, – кивнул Борис, повторно наливая рюмки.
Лев Николаевич с минуту изучал то, что нарисовал Леха. Затем взял карандаш и обвел половину поселка:
– Вот тут самый стратегически важный район: дорога, газовая котельная, подстанция, большой участок земли. С этой стороны река защищать будет. А вот тут, здесь и там надо забор поставить высокий от людоедов, внутри поселка можно еще несколько улиц перекрыть баррикадами. Даже если заражённые все-таки проникнут за периметр, то не смогут спокойно разгуливать. Нам нужна компактная территория, которую будет легче охранять.
– Немало работы конечно, но мысль дельная. Надо заниматься, – согласился хозяин дома, ему пришлись по душе организаторские способности Корнилова.
– А материалы на все это где взять? – спросил Горик, – да и рабочих рук у нас не так много.
– Несколько пустых домов можно разобрать на материалы, жилья все равно больше, чем людей. Рано или поздно от времени так и так разрушатся, – предложил Васильич, поправляя свои круглые очки.
Грек, который до этого молчал, добавил свою идею:
– На виноградники хорошо бы съездить, там вся изгородь в колючке, как раз для забора пригодится.
– Толковая мысль, – похвалил Борис, – ехать тут недалеко, а колючка для внешнего периметра – полезная штука.
Грек приподнялся на стуле и ткнул пальцем в «карту»:
– Только проблемка. Я вот тут живу, это за пределами вашего «стратегического района» и еще несколько человек тоже по другим частям поселка раскиданы. Что нам делать?
– Переехать, – с невозмутимым спокойствием ответил Лев Николаевич, – на первое время, по крайне мере. Год, может два-три, пока ситуация не устаканится.
