Робокоп достал фляжку с самогоном, открутил крышку и протянул пленнику:
– Слышь, байкер. На вот, глотни анестезию. Чуть легче станет, другой у нас нет.
Раненый с жадностью отхлебнул, закашлялся и тяжело простонал.
– Сколько вас ехало в поселок, точное количество? – спросил Борис и слегка ткнул ружьём в кровоточащее плечо.
Мужик охнул от боли, поморщился, но пошел на контакт:
– Четырнадцать…
– Это верная информация? – уточнил пограничник.
Раненый задумался на мгновение, еще раз мысленно пересчитывая всех подельников, и утвердительно закивал.
– Где ваша база? Сколько там человек осталось? И не заставляй меня стимулировать твою словоохотливость. Мне это не долго, а вот тебе больно, – продолжил допрос Робокоп.
– «Нирвана»… база отдыха такая… в лесу у реки… километров пятнадцать отсюда.
– Слышал про такую. А электричество у вас откуда? Чем машины заряжали? – поинтересовался Федор.
– Там ветряк стоит, он чуть на холме и крутится постоянно. Пару генераторов еще нашли, горючки раздобыли, в экономичном режиме жить можно.
– Я вроде понял, где это, – сказал казак, переглянувшись с Борисом.
Робокоп качнул головой и неспешно задал новый вопрос:
– Сколько там человек? И что за люди?
– Да разные, мужики, бабы, несколько ребятишек…
Послышались торопливые шаги, в разговор резко вмешался Лев Николаевич:
– Мертвых десять, один на грани плюс вот этот. И еще… Васильич убит.
– Ах ты ж… маааать мооооя…, – Федор вздрогнул и перекрестился.
– Получается двенадцать, – сосчитал пограничник с горечью в голосе.
В этот момент подошел Леха с новыми плохими новостями:
– В «Чероки» – два трупа, а Джавара нет. Дверь открыта – похоже, в лес ушел. Я прошелся метров сто, но никого не нашел.
– Так, покарауль байкера, а мы пока посовещаемся, – сказал Робокоп парню и отошел в сторону.
– Надо кровь из носа догнать Джавара, если он до своих дойдет, то вендетту однозначно объявит, – прохрипел Федор, нервно дергая седой ус.
– Джавара и второго, двое скрылись же…, – поправил вспотевший Грек.
Борис перебил его и стал спешно координировать погоню:
– Значит так, двумя группами пойдем. Мы с Николаевичем – за Джаваром, а ты, Федя, с Лехой – за вторым бегуном, он в каком-то из этих пикапов ехал. В грузовике один водила сидел, в «Протоне» всех положили, если в Чероки два трупа, а главный ушел, то все по количеству сходится.
– А я? – удивленно спросил Грек.
– Вызывай Горика по рации, пусть повышает бдительность в три раза, и сам дуй к нему на охрану поселка. Неизвестно, какой гамбит этот Джавар сейчас может предпринять. Тело Васильича увези, как здесь закончим, похороним его по-человечески. Тачку их возьми, вот эта вроде целая, – пограничник ткнул пальцем на темно-синюю «Тойоту».
– А с ранеными что делать? – в полголоса спросил казак, наблюдая как байкер корчится от боли.
– Кончать, пленных брать не будем, – хмуро прошептал Борис и отвернулся.
Федор замялся, он не мог на это решиться:
– Хм… да вроде не отморозок этот бородатый. Не знаю даже, как-то не по-людски.
– Тоже мне гуманист. Тут без вариантов. Мы к нему в голову сейчас не залезем, что он за человек – не знаем. Отпускать нельзя. В поселок везти? Нет уж, раз он такой путь себе выбрал, то ничего хорошего ждать не стоит. Если вы менжуетесь, то я сделаю. Времени на споры и болтовню у нас нет, – Робокоп быстрым шагом направился к раненому.
– Ну как знаешь…, – согласился казак, проводив друга взглядом.
Корнилов и Грек промолчали. Убивать вооруженных бандитов из засады им было морально не сложно, а вот прикончить раненого – уже тяжелее.
– Леха, иди, тебя батя зовет. Беглецов догнать надо, живей! – крикнул пограничник и перевел взгляд на пленника.
Байкер сидел, прижавшись спиной к дереву. Истекая кровью, он тоскливо смотрел на расстрелянные машины и трупы товарищей. Хриплое дыхание прерывалось громкими стонами. Раненый чувствовал приближение смерти, но очень хотел жить. Не смотря на адскую боль, где-то внутри него все-таки теплилась надежда.
Борис молча зашел пленнику за спину и выстрелил в затылок. Затем добил второго, который на свое счастье так и не успел прийти в сознание. Двенадцать мертвецов валялись на обочине дороги, не хватало еще двух.
Когда группы преследования скрылись в лесу, Грек скинул все трофейное оружие в кузов пикапа. Здесь уже лежало тело Васильича. Мидас завел двигатель и покатил в поселок. С трупами и остальными машинами решено было разобраться позже.
Федор с Лехой довольно быстро заметили следы крови на траве, листьях и даже коре деревьев. Они поняли, что беглец серьезно ранен и зажимает рукой кровотечение. Но преследователи не спешили, понимая, что можно нарваться на засаду, если бандит решит подороже продать свою жизнь.
Примерно через километр батя предостерегающе поднял руку и пригнулся. Впереди между деревьями виднелся холм, по которому ползком взбирался человек. Раненый обессилел от потери крови и уже едва держался на ногах.
Леха крадучись подошел к отцу и присел рядом:
– Вижу, один есть. Чуть ближе подойду и сниму его…
– Давай, знакомиться, пожалуй, не будем…
