Парень стал осторожно, но быстро сближаться с противником. Тот как раз остановился, чтобы собраться с силами. В одной руке раненый сжимал ружье, а второй цеплялся за траву. Раздался выстрел, затем еще два. Человек на холме, переваливаясь с боку на бок, скатился вниз.
– Похоронить бы надо, нехорошо так оставлять, – задумчиво сказал Федор, обыскав труп, – да и падальщиков тут нечего прикармливать.
Леха посмотрел по сторонам:
– Я место запомнил, найду его без проблем. Закончим с Джаваром и тогда с этим разберемся. Пошли, попробуем наших догнать, они в ту сторону двинули.
Борис и Лев Николаевич аккуратно и тихо продвигались по лесу. Они знали, что против них очень хитрый и опасный противник. Несколько раз пограничник замечал свежие сломанные ветки, один раз даже показалось, что впереди промелькнул силуэт человека, но настигнуть Джавара пока не получалось.
Между тем главарь без остановок шел вперед, постоянно оглядываясь и прислушиваясь. Джавар понимал, что каждая минута промедления может стоить ему жизни. Боль смешивалась с яростью и кровь закипала от одной мысли, что сегодня за пять минут он потерял своих лучших бойцов. Всю его бригаду перебили как в тире, а он каким-то чудом выжил и сейчас бежал, словно затравленный зверь. Но главарь не чувствовал страха, только злость и ненависть к врагам:
– Ничего, только бы до базы добраться. Я этих собак на ремни порежу и баб их в расход пущу. А этого армянчика зомборям живьем скормлю, медленно, по кусочкам. На охоту они ушли, охотники херовы. И где моя чуйка была только?! Я отомщу, отомщу. Они пожалеют, что со мной связались.
Лес сменялся редкими опушками. Переваливая с холма на холм, Джавар понял, что окончательно заблудился. Но сейчас его это не сильно заботило, главное – оторваться от погони, в которой он не сомневался.
– До утра бы только продержаться, а там найду дорогу к своим. Ночью искать меня не будут, а я за это время далеко уйду, – бормотал Джавар пересохшими губами.
Пуля слегка зацепила его чуть выше колена, рана оказалась не опасной, но болезненной и замедляла движение. Пройдя с километр от места засады, главарь порвал рубашку и наложил повязку. Чтобы ранение затянулось, нужно было полежать в покое, но это слишком дорогая роскошь для беглеца. Скрипя зубами и превознемогая боль, Джавар все-таки смог оторваться от преследователей.
Голый по пояс, без шляпы, в порванных итальянских брюках и грязных стоптанных мокасинах, он уже мало походил на всемогущего Аль Капоне. Рана кровоточила, и через некоторое время повязка стала насквозь мокрой, пришлось останавливаться и делать перевязку. Чтобы не оставлять следы, Джавар засунул в карман пропитанный кровью кусок ткани и поплелся дальше.
Несмотря на все предосторожности, по его следу все равно шли. Но это были не те, кого опасался беглец. Запах мельчайших капель крови, которые падали на землю, выдал раненого. Три молодых волка время от времени опускали головы с острыми ушами, принюхивались и бежали за человеком. Благодаря отменному обонянию, он могли легко определить расстояние до своей жертвы, даже не видя ее.
Древние инстинкты сотен и сотен поколений подсказывали хищникам, что с человеком лучше не связываться. Однако голод и дразнящий запах крови перебороли страх. Лесные охотники всё с разрастающимся азартом преследовали свою жертву.
Звери, не спеша, сокращали расстояние, и когда до Джавара оставалось меньше пятисот метров, волки разделились. Один продолжал держаться следа, а два других бежали чуть впереди от него по правую и левую сторону. Серые хищники образовали нечто вроде треугольника, который с каждой секундой приближался к человеку.
Почти стемнело, когда беглец вновь остановился отдохнуть. Пот стекал по его спине, он тяжело дышал и морщился от боли, наступая на поврежденную ногу. Рана воспалилась и зудела, главарь огляделся по сторонам, обдумывая планы на ночлег. Он был почти уверен, что оторвался от погони, но хотел пройти еще несколько километров для верности, пока не настанет глубокая ночь.
Джавар уже чувствовал себя в безопасности, как вдруг легкий шорох раздался в кустах. Человек тут же спрятался за дерево и лег на землю. Руки, сжимая пистолет, тряслись от изнеможения. Он замер на несколько минут, затем бесшумно отполз и очень осторожно пошел вперед. Шагов через сто беглец вновь притаился, но ничего подозрительно больше не происходило.
Еще минут двадцать главарь осторожно углублялся в лес и через каждые двести-триста метров устраивал засаду. Спрятавшись в кустах, Джавар напряженно вглядывался в лесную чащу. Наконец, измотанный и подавленный беглец сел у корней большого дуба и облокотился на могучий ствол.
Ему хотелось есть и пить, но запаса воды и пищи с собой не было, а ручьи давно не попадались. Приходилось терпеть, из-за чего усталость после долгого перехода казалась еще более мучительной. Джавар посмотрел вверх, почесал затылок о кору и закрыл глаза.
