— Эти ослы переложили всю ответственность на нас. Никто ничего не знает о русских, мы повыкидывали все самолеты, а залы ожидания полны гневных пассажиров, которые сейчас строчат заявления в суды, и, если, не дай Бог, война не начнется, НАТО разорится, расплачиваясь по искам. Ты понимаешь, Гетлеб, что тогда с нами сделают наши начальники!
Не с нами, а с тобой, ослиная жопа, довольно подумал Зиверс. Я всего лишь выполнял приказы.
Руководитель военного ординариата Германии католический военный епископ Его Превосходительство Дитер фон Ланге посмотрел на стоящего перед ним военного генерального викария Отто Нойманна и спросил:
— И что, он только жрет и срет у вас?
Генерал-католик ответил:
— Еще рыгает, когда паюсной икры объесться.
Епископ перекрестился:
— И все это на деньги налогоплательщиков! До чего мы дошли!
— Приказ министра обороны, — пожал плечами Нойманн.
— Мне Петра никогда не нравилась, — признался епископ.
Когда до него дошло, что фраза звучит двусмысленно, поправился:
— Естественно, как министр.
Понятное дело, мысленно согласился Нойманн. Как женщина Петра могла понравиться разве что извращенцу, временно передумавшему трахать лошадей.
— Мне непонятно, каким образом можно использовать это быдло в деле стабилизации текущей обстановки? — начал Ланге. — Если что-то не срастется, положение ординариата пошатнется, и нам урежут ассигнования. В стране кризис, если вы не заметили. Американцев больше нет, опереться нам не на кого.
— Самое время использовать веру масс в чудо. После истории в Италии в прошлом году наш друг приобрел огромное влияние среди электората. В него верят. Это новый мессия. Грех этим не воспользоваться. Те, кому имя легион, последуют за ним беспрекословно.
— Это проверено?
— Это легко проверить. Начнем с небольшой проблемы, посмотрим на реакцию масс. Если получится, мы оправдаем наши расходы на этого дебила, если нет, то закроем финансирование. Нам будет чем отчитаться в любом случае.
— Гуд. Действуйте, генерал.
Двухэтажная вилла располагалась на тихой улочке. Отто Нойман показал на въезде пропуск охранявшим виллу десантникам и его машину пропустили. Она подъехала к открытой террасе, и Отто вышел.
На террасе стоял собранный зонт. Под навесом мокли под холодным зимним дождем стол и диван с кожаными подушками белого цвета. К Отто подскочил капеллан.
— С какой целью вынесли мебель? На улице собачий холод! — недовольно спросил Отто, особое раздражение вызвали трусы выдающейся личности со следами фекалий. — Он что, снова наложил в штаны? Перестаньте давать ему икру, Зак!
— Никак нет! Он не обверзался, это он так пускает ветры. По его мнению, если при этом не пачкаются труханы, то не стоит и мучиться.
— Животное! Шайзе! — выругался генерал-епископ. — Будем надеяться, что скоро это закончится. Чем он сейчас занят?
— Когда ему сообщили о вашем приезде, заперся в комнате на втором этаже.
Отто приказал привести его.
Святой спустился через полчаса. Он был весь в белом-его любимый цвет. Только дизайнер менялся. Сейчас это был Стефано Пилати. Двубортный костюм-двойка, белоснежная майка с логотипом. Ослепительно белые туфли. Носки цвета альпийского снега. Весь гардероб обошелся бюджету министерства обороны по цене мерседеса последней модели.
— Здравствуй, сын мой! — произнес святой бархатным голосом.
Глядя на его лошадиное лицо, генерал сильно в этом засомневался. Мутная история со Святым Лукой. Уже странно, что он запретил называть себя Лукой. По некоторым данным его вообще не должно быть здесь, так как он был убит в прошлом году в Италии. И вообще, на волне всеобщей истерии неоднократно сообщалось, что Лука странствует вдвоем с апостолом. Куда тот подевался-тоже неизвестно.
— Почему у охраны кресты на погонах? — пожаловался святой. — Это напоминает мне кладбище!
— Вас охраняют капелланы-католики. Это их форма одежды.
— Все равно не хочу.
Отто обещал разобраться с капелланами.
— Нам нужна ваша помощь, Санта! — продолжил он. — Мы стоим на пороге войны. Новые варвары собирают силы, чтобы напасть на нас. Мы готовим отпор, но мирные люди не должны пострадать.
Святой стукнул кулаком по колену.
— Довели, суки, до войны все-таки! А теперь что? Санта помоги! Мне что танки подбивать?
— Танки подбивать будем мы, — терпеливо пояснил генерал-епископ. — Но мы не можем приказывать гражданским не мешать нашим доблестным воинам. Это завоевание нашей демократии. В настоящее время в международном аэропорту Бранденбург скопилось порядка…
— Тихо! — оборвал его святой.
Выжидающе глядя генералу-епископу в глаза и требовательно уставив палец вверх, он произвел самый протяжный пук, который тому доводилось слышать. Отто понял, что у него есть всего пара минут, пока до него дойдет душистое облако чистейшего аммиака.
— Народ пойдет за вами! — крикнул он, устремляясь к выходу.
