— Я-то в курсе, а вот ты нет, — Аллансен широко улыбнулся недоумению на лице Майки Дженнингса.
— Не понял?
— Программа АЛС снова запущена, прошлой ночью издан административный указ о восстановлении финансирования. Твой перевод отменен, ты остаешься в четыреста семнадцатом. По делу, пару новых птичек мы получим сразу после сборки. Одна твоя.
— Ого, да это же круто, — Дженнингс помолчал. — Что происходит?
— Уриил.
— Я думал, его сбили где-то в Южной Калифорнии.
— Ага. Его преследуют Добровольцы. Но если он выберется или если в Раю окажутся другие вроде него, четыреста семнадцатый должен будет выследить его — или их — и убить. Большие Боссы считают, что лучше всего нашинковать Уриила нашим лазером.
— То есть, когда Уриил помрет или других вроде него не окажется, программу снова прикроют? — про себя Дженнингс подумал, что в таком случае он бы предпочел пилотировать бомбардировщик.
— Я слышал иное, — Аллансен бросил взгляд вокруг и понизил голос. — По слухам, Самые Большие Боссы в Ямантау решили, что с этими так называемыми «богами» слишком много проблем. Как разберемся с Яхве, отыщем и других. Если они пожелают жить в мире, так и быть. А если нет... — Аллансен указал на носовой лазер YAL-1A.
— Тогда и их нашинкуем.
Если подумать, происходящее затмевало даже вход союзников в Париж в 1944. Освобождение Янгона во многом походило на парижское шествие шестидесятипятилетней давности. И там, и тут желающий увить венками стволы орудий народ толпился вокруг замедлявшихся от этого до улиточных темпов танков и бронемашин. Местные девушки обнимали и целовали солдат, забираясь на медленно ползущие по дороге танки. Другие жители освобожденного города кидали солдатам сувениры. В Париже происходило то же самое. Разве что в парижском шествии не было слонов. Колонну бронетехники возглавляла процессия четырех огромных животных, ведя по длинной дороге к великой пагоде Шведагон[187]. Перед солдатами уже вздымался ввысь храмовый шпиль.
Старший полковник Махиндра отметил еще одну понравившуюся бы освободителям Парижа деталь. С двух сторон колонну его полка сопровождали шеренги буддистских монахов в шафрановых одеждах, с триумфально повернутыми вверх чашами для подаяний. Большинство их вышло из убежищ, где они скрывались со времени провалившейся два года назад Шафрановой Революции[188]. Монахи шли за танками, придавая процессии М-41 ауру священного крестового похода. Не принужденные скрываться до сего дня ходили с перевернутыми чашами, символизирующими лишение страны благодати богов. Но теперь и они тоже повернули чаши правильно.
— Есть проблемы? — контральто безошибочно узнавалось даже сквозь статику.
— Никак нет, мэм. Мы вышли из портала в аэропорту Мингаладон, построились и вступили. Никаких проблем, только от цветов на танке у меня развилась сенная лихорадка.
На том конце рассмеялись.
— Если это ваша единственная проблема, я попробую устроить еще. Но это будет непросто.
— Никаких проблем, мэм. Только местные охотятся на белорубашечников.
Белорубашечники являлись членами ССАР, Союза солидарности и ассоциации развития[189]. Его сторонники носили униформу из белой рубашки и зеленых брюк. «Белорубашечниками» их прозвали с явной отсылкой к «коричневорубашечникам» гитлеровских СА и аналогичным задачам. Боевики играли роль подавляющих любую оппозицию уличных головорезов. И трудились с энтузиазмом, но теперь сила оказалась не на их стороне, и способные бежать — бежали. Многим не удалось, жаждущие крови загнали их и убили. Счастливчиков просто линчевали, менее везучие умерли куда более кровавыми смертями. К сожалению, зачастую вместе с семьями. Расплата – дерьмовая штука.
— Ваши люди предпринимают какие-то меры? Кроме сбора цветочных гирлянд?
— Мои бронемашины патрулируют город. Если видят драку, вмешиваются и берут людей из ССАР под стражу. Пока мы держим их в Инва Холл. Там не помешала бы помощь, мои бойцы не полиция.
— Отправлю к вам Белых Мышей при первой возможности. Пока справляйтесь сами. И сохраняйте осторожность, полковник, нам повезло войти в город без боя, но дела еще могут пойти кисло. К вашему сведенью, Третий Первой пересекает мост Аун Зейя, это выведет его в ваш тыл для прикрытия. Первый Первой идет от Сириама, он перейдет речку Нга Мо Ейк. Проблем быть не должно, но дружественного огня все же опасайтесь.
— Так точно, мэм, — Махиндра секунду подумал. — Могу я спросить, куда мы двинемся дальше?
— На Нейпьидо, конечно. Но перед броском в Северную Мьянму нам следует перегруппироваться. Сейчас мы сконцентрированы в одной точке, — краткая пауза. — Серьезного сопротивления нет, мы просто катимся вперед. Армия Мьянмы разваливается как карточный домик. Кстати, отправленные к нам силы вторжения сдались Девятой Пехотной. Но все равно будьте начеку и не давайте людям расслабиться. В следующие тридцать шесть часов ждите от меня приказа к наступлению. До тех пор обеспечивайте безопасность Янгона.
