Каргопольский, видимо, почувствовал ее взгляд, остановился и с трудом повернулся всем телом. Увидев Лолу, он приветливо помахал ей рукой и крикнул:
— Спускайтесь, Оленька! Погода прекрасная!
— Холодно! — ответила Лола и только теперь почувствовала, что действительно замерзла.
— Мне обязательно нужно с вами поговорить! — взволнованно крикнул Каргопольский. — Это очень важно и срочно!
В это время хлопнула балконная дверь второго номера, расположенного левее комнаты Арбузова, и на балкон выплыла Анжела в коротком лисьем полушубке, накинутом поверх кокетливой шелковой пижамки.
— Арсений Анатольевич! — радостно пропела она, увидев Арбузова. — Так мы с вами теперь соседи? Зашли бы как-нибудь по-соседски, чаю выпили… раз уж здесь шампанское не разрешают! У меня есть баночка замечательного китайского…
Лола раздраженно фыркнула и удалилась, оставив поле боя противнику.
Она вернулась в номер, плотно закрыла балконную дверь, но беспокойство не оставляло ее.
Подозреваемые размножались, как кролики.
Как будто мало ей было Арбузова и Валерия Матвеевича, так и у Каргопольского тоже имеется трость, на которой вполне могла быть резиновая насадка. Значит, он тоже мог побывать минувшей ночью в восьмом номере. Но зачем им это было нужно?
Несчастного вновь прибывшего убили по ошибке, это точно. Должны были прикончить Арбузова, а уж зачем — это пускай Ленька разбирается. Арбузов поменял номер для безопасности — вот и остался жив. И вполне возможно, что он и прибрал потом в номере убитого, чтобы смерть посчитали естественной и не стали вызывать милицию. В одном Лола совершенно уверена: убийца — человек со стороны, потому что никто из этой хромоногой команды не смог бы влезть на балкон второго этажа. Хотя… вот, к примеру, у самой Лолы гипс фальшивый. Так может, кто-то еще…
Но, с другой стороны, если убийца — кто-то из проживающих в ВИП-корпусе, то для чего ему лезть на балкон? Спокойно мог бы пройти по коридору…
Так-то оно так, тут же возразила себе Лола, однако двери номеров на ночь все запирают, она вон в первую ночь изнутри открыть и то не могла. А балкон открыт почти у всех, потому что из-за стеклопакетов душно, спать невозможно…
Лола не могла оставаться на одном месте. Она взволнованно металась по номеру, натыкаясь то на стол, то на кровать. Пу И от греха подальше взобрался на прикроватную тумбочку и оттуда наблюдал за хозяйкой.
В конце концов Лола решила взять себя в руки и сделать хоть что-нибудь полезное. Для начала спуститься в холл и посмотреть в книге регистрации имя своего злополучного соседа, погибшего этой ночью.
Подхватив Пу И, она прицепила ненавистный гипс, неохотно взяла свою палку и вышла из номера.
И тут же столкнулась с Каргопольским.
— Если гора не идет к Магомету… — начал он.
«То Магомет сам припирается к ней без приглашения», — закончила про себя Лола, глядя на режиссера не слишком любезно.
— Дорогая моя! — торжественно обратился к ней Каргопольский. — Я всю ночь не спал, думал о вас!
«И этот не спал, — вздохнула Лола, — похоже, в этом гадюшнике крепко спал только Валерий Матвеевич. Хотя… к кому тогда ходила Анжелка?»
Отчего-то эта мысль была Лоле очень неприятна.
— Вы позволите? — Каргопольский взялся за ручку двери.
— Ой, что вы! — Лола замахала руками. — У меня еще не убрали…
— Тогда пройдемте ко мне! — строго сказал Каргопольский, пытаясь повернуть голову.
«Вот еще навязался на мою голову!» — сердито подумала Лола.
Очевидно, эта мысль отразилась на ее лице, потому что режиссер взял себя в руки.
— Ольга, дорогая, вы не понимаете. Это очень серьезно. Увидев вас, я понял, чего мне не хватало. За эту ночь я выработал целую концепцию. Это будет совершенно особенный этап в моем творчестве!
— Что вы еще задумали? — невольно заулыбалась Лола.
— Какое задумал? Уже все решил, дело только за вами! — закричал Каргопольский. — Но не можем же мы разговаривать в коридоре, давайте зайдем ко мне!
— Этого еще не хватало! — нахмурилась Лола. — Пойдемте тогда в зимний сад!
— Ах, да там все время мешают! — Каргопольский раздраженно махнул рукой в сторону номера Нинели Аркадьевны. — И я могу угостить вас кофе!
— Кофе? — шепотом спросила Лола, схватив его за рукав. — Вы не шутите?
— Правда, растворимый, но зато хороший. И печенье…
Он замер на полуслове, потому что Лола поглядела на него такими сияющими глазами, что перед ними померк свет плафонов в коридоре.
— Вот-вот… — бормотал Каргопольский, — вот этот взгляд… это именно то, что я искал…
В его номере Лола тут же устремилась к холодильнику. Там лежали упаковки различного сыра и колбасы, при виде которых у Лолы немедленно выделилась слюна, как у собаки Павлова. Пока Лола разрезала булочку и пихала в нее все подряд, Каргопольский достал откуда-то маленький, почти игрушечный электрический чайничек, вскипятил его, и вот уже по комнате распространился аромат кофе. Лола вылила в чашку порцию сливок, откусила булочку и бросила режиссеру такой взгляд, что он схватился за голову и застонал:
— Боже мой! Где же вы были раньше? Слушайте, слушайте меня! Я вижу вас героиней Достоевского!
