— Да что вы? — охранник перегнулся через стойку. — Но ведь она живет по другую сторону коридора, и у нас прекрасная звукоизоляция… неужели вам слышно?
— Представьте себе! — Лола пожала плечами. — Такое впечатление, что у нее в комнате целую ночь работает компрессор! Я уж просто не знаю, как это переносят ее соседи!
Тем временем Пу И забрался под диван.
Собственно, на что-то подобное Лола и рассчитывала. Она изобразила крайнее беспокойство и воскликнула:
— Пуишечка, детка, куда ты залез! Ты же там задохнешься!
Пу И издал из-под дивана радостный визг. Он понял, что хозяйка наконец-то решила с ним поиграть.
— Пожалуйста, выманите его оттуда! — Лола повернулась к дежурному, умоляюще сложив руки.
Тому вовсе не улыбалось лезть под диван, но желание клиента — закон, тем более такой привлекательной клиентки. Он вздохнул, выбрался из-за стойки и, встав на четвереньки перед диваном, попытался вытащить песика. Пу И окончательно убедился, что началась игра, и залился счастливым лаем.
Тем временем Лола, убедившись, что охраннику не до нее, зашла за стойку и раскрыла журнал регистрации. Прибывшего вчера мужчину звали Окунев Сергей Степанович. Он приехал вечером после ужина и, что странно, в журнале было отмечено, что поместили его в пустой четвертый номер. В то время как на самом деле он поселился в восьмом, который к тому времени уже был свободен, раз Арбузов перебазировался. Дует ему, видите ли! Две недели не дуло, а теперь задуло! Жук какой, из-за него неповинного человека угробили!
Пу И наконец выскочил из-под дивана и позволил охраннику взять себя на руки.
После бессонной ночи Леня прикорнул под утро, но сон его был нездоровым: снились индийские принцессы, едущие на слонах, подземные лабиринты, скрывающие вход в сокровищницы, полные драгоценных камней, и пантера Эсмеральда в ошейнике, усыпанном изумрудами. Пантера пила чай с блюдечка, ловко держа его в лапе, усы ее были выпачканы малиновым вареньем.
Само собой, после такого сна настроение было хуже некуда. Маркиз не любил проигрывать, а сегодня ведь придется звонить заказчику и признаваться, что потерпел полное фиаско. Арбузова убили, все связи оборвались, и самое главное — Леня так и не выяснил, откуда у старика перстень Макульского. То есть если судить по найденным в логове Эсмеральды бумагам, перстень этот старик добыл обманом, заплатил, чтобы его украли у дрессировщика. Так что смерть Казимира лежит на совести старика.
Заказчик был Лене несимпатичен с самого начала. Конечно, это не причина заваливать дело, так что теперь Маркиз чувствовал себя гаже некуда. Ужасно хотелось выяснить, что за птица этот старикан с пантерой. В свое время тот сослался на Рудика Штейнмана, но того не было в городе, а надо думать, и в стране, поскольку все телефоны молчали.
Леня наудачу набрал номер Рудика. Он почти не сомневался, что услышит приятный голос автоответчика, но вместо этого в трубке раздался заспанный голос Рудика:
— Маркиз, ты, что ли? Что это ты звонишь в такую рань?
— Рань? — переспросил Леня, взглянув на часы. — Какая же рань? Уже второй час!
— Правда, что ли? Да у меня после перелета все представления о времени сбились… — недовольно пробормотал Рудик и с трудом подавил зевок.
— А где ты пропадал? — поинтересовался Маркиз. — Я тебе звонил, а мне сообщали, что ты где-то далеко и без роуминга…
— Ой, это такая длинная история… — Рудик снова зевнул, — по телефону не расскажешь!
— Давай тогда пообедаем вместе, я угощаю, — предложил Маркиз, которому не терпелось задать Рудику несколько вопросов.
— Ты хочешь сказать — позавтракаем… — сонно протянул Рудик. — Ну давай… есть тоже хочется…
Они условились встретиться через сорок минут возле нового ресторана «Веселый Роджер», недавно открывшегося на Петроградской стороне.
«Веселый Роджер» представлял собой пиратскую бригантину, пришвартованную к набережной рядом с Петропавловской крепостью. Мастера, изготовившие корабль, поработали на славу: они тщательно выполнили деревянный корпус, который казался изъеденным древоточцами и поврежденным многими годами плаваний в южных морях, сшили черные паруса, потрепанные бесчисленными штормами, раздобыли старинные пушки, которыми ощетинились борта бригантины.
С набережной на палубу были перекинуты дощатые мостки, достаточно широкие, чтобы по ним смог пройти даже сильно подвыпивший посетитель.
Леню и Рудика встретил метрдотель, одетый пиратским капитаном — простреленный в нескольких местах камзол, башмаки с крупными пряжками, широкополая шляпа, торчащий из-за пояса старинный кремневый пистолет.
— Шестнадцать человек на сундук мертвеца! — хрипло выкрикнул он вместо приветствия. — Что вам угодно, милорды?
— Милордам угодно пообедать, — ответил Маркиз.
— Позавтракать, — позевывая, поправил его Рудик, — но только очень, о-очень плотно и калорийно!
Метрдотель понимающе улыбнулся и положил перед приятелями меню.
— Как-то ты похудел, — проговорил Леня, лениво переворачивая страницы, — и загорел… где же ты пропадал?
