– В смысле мой биологический отец делал ЭКО женщине, которая родила Рому.
– Это шутка?
– Нет, – выдыхаю и смотрю на него.
– А еще у Ромы где-то есть брат, потому что детей было двое, но никто не знает, где он и кто. Возможно только отец его…
– Отец не знает.
А я знаю и мне хочется поделиться этим, но сначала с Варей.
– Это тебе, – из-за спины протискивается Маша и просовывает мне рисунок. Там какие-то человечки в поле с ромашками.
– Это кто?
– Это ты, а это мама, – показывает на фигурку поменьше.
– А это ты, да? – показываю на самого маленького человечка.
– Да.
– А это кто?
– Это котик.
– У нас нет котика.
– Ты же купишь мне котика? – заглядывает своими бусинками мне в глаза.
– Куплю, Ромашка.
– Да, Егор, – принимает входящий, все притихают, чтобы не мешать. – Тут, у нас, – смотрит на меня. – Хорошо, я скажу, чтобы перезвонил, – отключается. – Тебя Юра ищет, – кивает мне.
– Телефон, наверное, разрядился. Что случилось?
– Тебе надо в полицию подъехать, заявление написать. Тебе тоже, Варя.
– Сегодня?
– Чем раньше, тем лучше, показания надо дать. Перезвони ему, скажи, когда сможете. Юра тоже подъедет.
Что бы я делал без него? Как бы мы ни дружили с Егором и Валом, но с Юрой мы в каких только ситуациях не были. Ребята и половины не знают того, из какого болота он меня вытягивал.
– Варь, есть кое-что, что ты должна узнать первой.
Едем с Ромой в отделение полиции. За окном метель, погода будто укрыть нас хочет от всего этого ужаса. И я не хочу ничего вспоминать.
– Что? – поворачиваю к нему голову.
– Я мать нашел.
– Нашел…? Когда?
– Точнее, она сама рассказала все, когда угроза от отца миновала.
– Она знала о тебе?
– Да, и уже давно.
– Ром, – кладу ладошку на его. Я как никто могу его понять.
– Вроде хотел знать, кто она, но легче от этого не становится.
Выезжаем на кольцевую и Рома добавляет скорости.
– И кто она? Ты, получается, и брата нашел?
– Да, – улыбается и усмехается сам себе.
– Ром, у тебя есть брат?
– Да, – мельком на меня и снова на дорогу.
– Почему не говоришь кто?
Сжимает губы и о чем-то думает. Взвешивает.
Снова на меня смотрит.
Как будто моей реакции ждет.
– Лучше знать кто это и не общаться, если не хочется, чем всю жизнь искать кого-то и все равно не дружить.
Рома выдыхает. А у меня мурашки от этого. Как будто меня это тоже касается. А я больше всего не хочу, чтобы что-то снова между нами встало. Может, хватит уже…?!
– Это Юра.
Произносит, мельком снова на меня.
– Юра? Наш Юра?
– Наш Юра.
– Юра твой родной брат?
– Да. У нас с ним одна мать и один отец. Его мать. Мой отец. Для его отца он тоже приемный. Рома еще что-то рассказывает, но я все пропускаю мимо. Горло сдавливает от боли, как будто все нутро выкручивает и не глаза плачут, а сердце. Рома и Юра? За что так с ними? За что так со мной?
– Варь, ну ты чего? – поднимает руку и пальцами ведет по щеке.
– Ты и Юра… вы были с Сашей.
– Варя, это в прошлом все.
– В прошлом? – смахиваю его руку. – В чьем прошлом? Это было. Вы встречались с ней. С одной девушкой. Делили ее. А теперь что?
– А теперь у меня есть ты.
– И она есть. И постоянно будет в твоей жизни, если вы будете общаться с Юрой.
– Что ты хочешь от меня? Не общаться с братом?
Не общаться с ней.
– Варь, мы не встречались с ней. Не было ничего.
– Было!
– Было, но один раз.
– Но было.
– Варь, это пять лет назад было.
– Почему она? – срываюсь в плач. Не хочу в это верить, не хочу это знать, не хочу с этим жить. Не хочу дружить с ними и общаться. Не хочу, чтобы что-то напоминало об этом.
– Ну, Варь…
Рома перестраивается на трассе в крайний правый ряд. Сбавляет скорость и останавливается. Включает аварийку и отстегивается.
– Тут стоять нельзя.
– Пофиг. Иди сюда, – отстегивает меня и притягивает к себе.
– Ты правда настолько во мне не уверена, что ревнуешь к ней?
– Когда-то же она тебе понравилась? Почему не может еще раз? – плачу, утыкаясь ему в шею.
– И ты мне когда-то понравилось. Я от тебя и убегал во все эти встречи. Она просто одна из них.
– Я не смогу это забыть, не думать об этом, когда мы встречаемся, – слезы не остановить. Душа не хочет ревновать и фантазировать, но как от этого избавиться, я не знаю. Память же не вырезать. – Как вы с Юрой это переживете? Как она себя чувствовать будет?
– Да никак, Варь. Срок давности вышел. У них своя жизнь, своя семья, дети. Мне не нужны чужие дети. У меня своя женщина и дочка, которых я люблю.
У Ромы играет телефон, вклинивается в наш разговор. На панели загорается, что звонит Юра.
– Ответь.
– Я хочу, чтобы ты мне верила.
Я верю, но это было все.
– Ответь.
– Да, Юр, – отвечает ему по громкой связи.
– Ром, вы едете?
– Давай завтра, Варя не в состоянии. Рассказал ей все.
– Она так не хочет родниться со мной?
– Не хочет, – Рома усмехается и трогается с места.
– Не слушай его, Юр, – встреваю в их разговор. – Я… просто… вся эта ситуация между вами и…
– Мама все понимает, и я в жизни столько наобвинял всех, что сейчас не хочу никого судить. У каждого там были свои причины так поступить.
– Я не про нее… – отвечаю Юре.
– А про кого?
– Варь, давай не сейчас, – не дает мне договорить Рома.
– Что не сейчас? – переспрашивает Юра.