— А я сказал, что жить с тобой мне очень нравится, — откровенно продолжил Северус с теплой улыбкой. Впрочем, скорко улыбка погасла. — А что было до, я вспоминать не хочу.
— Что было до, никогда не повторится, — твердо пообещал Том и первым толкнул дверь нужной спальни. — Показывай свое облако.
— Вот! — К Северусу мгновенно вернулась радость. Он отпустил руку Тома, добежал до шкафа с одеждой, выбросил пару брюк на пол, но тут же виновато поднял их и затолкнул обратно на полку.
— Сложи аккуратно, — приказал Том.
— Но… — Северус вздохнул, быстро сложил брюки, как подобает, и все же достал свое пушистое облачко, которое зависло над его ладошками в паре сантиметров. — Глянь! Какое оно миленькое.
— И в чем же выражается степень этого «миленько»? — поинтересовался Том, подхватывая облако на свою ладонь и рассматривая его со всех сторон. Стоило заметить, что облачко вышла весьма натуральным.
— Ну, просто во всем, — отозвался Северус. — Повесишь его на потолок? — попросил он. Том вскинул одну бровь в немом вопросе, затем глянул на потолок спальни и хмыкнул. Впрочем, возражать или отказывать вовсе не хотелось. Том взмахнул рукой, колдуя беззвучно, и поднял облако на несколько метров от пола. — А потом я еще облаков наделаю. И их тоже повесим, — обрадовался Северус, строя наполеоновские планы.
— Не забывай, что завтра я вернусь в Англию.
— Но ты ведь приедешь и на следующих выходных. Правда ведь? — спросил Северус, взволнованно прикусив губу.
— Я постараюсь, — согласился Том и вдруг спросил: — Тебя не обижают? — Северус в ответ удивленно моргнул. Ему было невероятно приятно услышать такой вопрос. Кажется, маг о нем переживал. Папа…
— Вообще-то нет, со мной просто никто не общается, кроме Лучано.
— Даже та девочка?
— Кажется, она на что-то обиделась. Назвала меня вруном, — обиженно поведал Северус и тряхнул головой, отгоняя все мысли о Франческе. — Может, сыграем в шахматы? Я вот… играл вчера с Финеасом, — он указал на доску, что дожидалась новой игры на подоконнике. — Мне кажется, у меня был шанс победить. Так что теперь я готов победить тебя.
— Много на себя берешь, — хмыкнул в ответ Том, но вовсе не зло. — Чтобы победить меня, тебе придется долго и упорно стараться. Посмотрим, может, к старости…
— Не настолько много, — уверенно улыбнулся Северус. — Я буду тренироваться. Я еще должен выиграть все фигурки у Люциуса. Для этого мне нужен противник посильнее. Сыграем?
— Сыграем…
Время на вилле текло по каким-то своим неведомым законам. Дни пролетали друг за другом со скоростью кометы, но неизменно замедляли свой ход перед появлением Тома. Северус ждал каждую субботу с трепетом и ничем не прикрытым волнением, словно бы сомневался… Вот сейчас еще есть шанс, что маг его оставит. Вдруг, не придет? Нарушит слово? Северус не хотел, чтобы все случилось так, и каждую субботу его работоспособность на занятиях падала до самой нижайшей отметки. Все его мысли были сосредоточены лишь на том, когда же уже Том материализуется во дворе виллы.
— Ты сейчас парту прожжешь! — раздалось возмущенное шипение, и Франческа недовольно толкнула его в плечо, присаживаясь рядом. — Ты что, вообще головой не думаешь?
— А? — Северус медленно моргнул, встрепенулся и поспешно затушил огонек, сорвавшийся с его волшебной палочки. Это был вечер субботы. Третьей субботы его здесь пребывания. Том пока так и не появился.
— Что с тобой? — удивилась Франческа и невольно стушевалась, потеряв весь свой боевой настрой. Глаза у мальчика были такими нестерпимо грустными, что его захотелось приободрить. И хотя за все эти две с половиной недели они так и не наладили общение даже во время занятий, сейчас все это было совершенно неважно. — И где твой слуга?
— Финеас? — переспросил Северус и оглянулся с беспокойством, словно бы и сам его потерял. Впрочем, он быстро вспомнил, что Финеаса с ним на занятии и не было. Лучано для чего-то попросил его остаться за пределами класса. — А, его дедушка для чего-то позвал, — негромко поведал Северус и отвернулся к окну.
— Ладно, — вздохнула Франческа, нахмурившись, когда мальчик в очередной раз так просто назвал магистра дедушкой. Она долго думала над этим. Северус ее обманул. Никакой он не бастард. А значит… это значит, что в этом доме он так и будет появляться лишь на малое время, и вскоре, подобно своим законным братьям и сестрам, в его взгляде появится презрение к таким, как она, и к таким, как бастарды-мальчишки. Они не Медичи, несмотря на данную им главой фамилию. А она…
— Почему я обманщик? — глухо поинтересовался Северус, не глядя на девочку. Ему совсем не хотелось колдовать, не хотелось вникать в суть написанного на доске или сказанного преподавателем, но и об отсутствии Тома думать не хотелось тоже. Нужно было отвлечься.
— Ты и сам знаешь, — насупилась Франческа. — И не делай такой невинный вид.
— Да что я сделал-то! — возмутился Северус и тут же замолчал, невольно бросив взгляд на нахмурившегося учителя.
