Первое лето было самым особенным. Северус встретил его широкой улыбкой. Кажется, он был очень рад увидеть Финеаса, чего уж точно нельзя было сказать о Темном Лорде. Первый раз Финеас пробыл в поместье ровно четыре дня. Он слушал Северуса и радовался, что светлый мальчик за прошедший год совсем не изменился. Однако… его радость продлилась всего лишь жалких четыре дня.
Второе приглашение пришло в августе. Такие же четыре дня — быстрые, но теплые благодаря Северусу. Всего четыре дня, после которых начались десять месяцев бесконечных миссий. Финеас вновь оказался в лесу, в команде парней. Это было лучше, чем плен поместья. Это было во много раз лучше. Но мнимая свобода сильно била по сердцу. Казалось, что мир так близок, но в действительности, они все еще не имели никаких прав. Все они жили мечтой… Парни мечтали, что однажды Лорд снимет с них ошейники, а Финеас, прекрасно понимая, что ошейник останется на его горле до конца его дней, мечтал о новом лете.
На второй год что-то изменилось. Вроде Северус все так же улыбался ему, но за его улыбкой Финеасу чудилась странная грусть. Казалось, что мальчик утаивает что-то. Возможно, учеба в школе оказалась не такой замечательной, как хотелось бы? А может, он просто устал от бесконечных уроков и требований, которых, несомненно, было в достатке и в Хогвартсе, и на вилле у Медичи, и, вот уж точно, в поместье Лорда. У Финеаса было только четыре дня, чтобы попытаться узнать хоть что-то, но этого было так мало…
— Не переживай, Финеас, — сказал Северус и легонько сжал его руку, — сегодня Том добрый. Он даже разрешил нам поиграть в шахматы в саду. Составишь мне компанию?
— Конечно… Северус, тебя что-то тревожит?
— Вовсе нет! Все хорошо, Финеас. А у тебя? — спросил Северус. Финеас кивнул в ответ. — Том сказал, что дает тебе важные миссии. Ты уж постарайся. Уверен, однажды он сжалится! Вот увидишь…
С каждым годом улыбка на лице мальчика становилась все меньше. Северус продолжал встречать его на пороге поместья, но, кажется, Финеас упустил тот момент, когда холод начал окутывать его душу. Может, мальчик просто взрослел. Конечно, становился серьезнее с возрастом. Но Финеас чувствовал, что было что-то еще. Да! Он знал, Лорд оказывает на Северуса невероятное влияние. При таком опекуне сложно оставаться добрым и открытым к миру. Но хотелось бы, чтобы теплота в душе мальчика жила как можно дольше.
— Северус…
— Что-то не так, Финеас? — Северус обернулся к нему, хмуря брови. Мальчику было уже пятнадцать. Его голос сломался, стал более грубым. Он еще не обрел мужской силы, но уже был пропитал льдом, присущим голосу Темного Лорда.
— Подумал, ты не откажешься разыграть со мной партию?
— Извини, сейчас я не могу сыграть. Отец обещал переместить меня к банку Гринготтс на встречу с дедом Принцем. Он появится с минуты на минуту, — поведал Северус, сверяясь с наручными часами. — Но знаешь, — голос его чуточку потеплел, — не думаю, что встреча затянется, так что сможем сыграть вечером. Ты ведь, как обычно, на четыре дня?
— Да, как обычно, — со скрытой грустью заметил Финеас. Северус чуть ему улыбнулся, и это слегка успокоило его мрачные мысли.
— Тогда будем играть все следующие три дня! Ну, если отец не будет против…
На следующий год Северус совсем замкнулся в себе. С Финеасом он лишь перебросился парой слов и больше не появлялся в поместье сутками. Он не подарил ему ни одной улыбки, даже самой крохотной, незаметной. Северус был чем-то озадачен, ему больше не был интересен бесправный раб Темного Лорда. Финеас признал это с большой горечью, но решил, что не откажется от приглашений в поместье, даже если Северус и вовсе превратится в монстра, подобно своему опекуну.
Темный Лорд вел двойную игру. Он играл свою роль на публике и повелевал тьмой. Его влияние уже распространилось на многие страны Европы — не без помощи Медичи. Но не все шло гладко. Финеас понимал это, находясь во тьме, которую Лорд направлял на самые разнообразные миссии. Убийств с каждым годом становилось все больше. Странные и загадочные убийства, путающие аврорат и никак не вяжущиеся с Томом Реддлом или с министром магии Абраксасом Малфоем. И все же это были убийства ради их игры. И теперь Финеас мог надеяться только лишь на то, чтобы Северуса не впутали в страшную историю…
— Финеас, очнись! Если не найдем этот чертов свиток, с нас живьем шкуру сдерут!
— Да, прости, — выдохнул Финеас в ответ и тряхнул головой. Миссия была превыше всего.
Финеас перемещался в поместье каждое лето, но Северуса видел в последний раз после его выпуска из школы. Это был тихий праздник и совсем не веселый. Северус не проронил ни слова за все четыре дня. Он ходил мрачный и совсем не походил на того мальчика, которым хорошо помнил его Финеас. А за пару минут до того, как портключ должен был отправить Финеаса обратно в лагерь, Северус вышел к нему, потирая чуть опухшую кисть, хмуро встретил его взгляд и поджал губы.
— Что с рукой? — не смог смолчать Финеас.
