— Только ты не уходи! Пожалуйста, не уходи… — прошептал Северус, борясь со сном. Том тяжело вздохнул. Кто бы мог подумать, что однажды он окажется в такой ситуации. Может, мальчишка не человек вовсе? И обладает иной магией, недоступной пониманию самого Темного Лорда? Том прислушался к своим ощущениям, нет, магии в мальчике совсем нет. Но как иначе объяснить все это? Только ли интересом к тому, что мальчик лишен всякого к нему страха?
— Я никуда не ухожу, я здесь, с тобой, — и, продолжая изумляться себе самому, Том даже лег рядом. Северус прижался к его боку, кутаясь в одеяло, и наконец закрыл глаза. Закрыл глаза и Том. Сон пришел на удивление очень скоро.
Том проснулся рывком и сразу же цепко оглядел незнакомую со сна обстановку. Впрочем, очень скоро события минувшие вернулись к нему. Том чуть повернул голову и глянул на комок одеяла рядом, Северус укутался в него, как какая-то гусеница, и давал о себе знать лишь периодическим кашлем. Похоже, зелья не помогли. Том разобрал одеяльный кокон и коснулся мальчишеского лба. Тот был прохладным. Жар спал. Значит, с чем-то зелья все же помогли. Что же, это радовало. Мальчишку можно было вернуть в Коукворт и наконец стереть ему память!
Том поднялся с кровати, с удивлением отметил, что проспал не только остаток дня, но и ночь, и даже часть утра, прошел на кухню и нахмурился. Он бы накормил Северуса все теми же хлопьями, но молоко было холодным. И Том очень сомневался, что мать мальчишки знает хоть что-то о дельном лечении сына, поэтому усугублять ситуацию не стал. Подумав немного, Том оглянулся, проверяя, что Северус спит, и хлопнул в ладони, призывая своего эльфа. Ушастый слуга появился и сразу же закивал, выслушав приказ. И вот, не прошло и пары минут, как на столе появилась приличная для завтрака еда. Том кивнул, отослал эльфа и пошел будить мальчика.
Северус открыл глаза очень неохотно, позволил себя одеть, лениво двигая конечностями, затем вяло повозил ложкой по каше и поднял на мужчину грустный взгляд. Затем отвел его в сторону и остановил на горшочке с цветочками. Они очень ему нравились. Они были такими нежными и милыми. Они совсем не походили на то место, где он жил. Казались там чем-то инородным. И от того были еще более привлекательными. Но стоило ли обрекать их на смерть там, в Коукворте? Северус подтянул горшочек к себе и вновь глянул на мужчину. Он чувствовал, на этот раз они точно расстанутся навсегда.
— Я знаю, ты отведешь меня домой и больше не захочешь прийти, — сказал немного хрипло Северус. Том встретил его взгляд. — Поэтому я хочу подарить их тебе, — добавил Северус и подвинул горшочек к мужчине. Том нахмурился.
— Зачем мне они? Мне не нужны эти цветы, я их просто выкину, — безжалостно поведал дальнейшую участь цветов Том.
— Надеюсь, они окончат свой путь в более красивом месте, чем Паучий Тупик… кх… — пожал плечиками Северус, пытаясь остаться равнодушным. На самом деле за цветочки он все же переживал, но менять решения не станет. — Мы уже поедем?
— Да, — кивнул Том и поднялся из-за стола. Он уже достал волшебную палочку, за которой с интересом проследил мальчик, но вдруг остановился: — Но сначала скажи вот еще что. Ты учишься в школе?
— Нет, — качнул головой Северус. Том поджал губы, но кивнул и взмахнул палочкой, а затем поймал мгновенно потерявшего сознание мальчишку. Том усыпил его, чтобы спокойно перенестись с ним обратно в Коукворт.
Прижав Северуса крепче к своей груди, Том аппарировал прямиком из квартиры и очутился в неприметном тупичке, знакомом, казалось, уже до мельчайшей трещинки. Том не стал сразу будить мальчика, а дошел вместе с ним до речки, откуда до дома было рукой подать. Оглянувшись, Том никого не заметил, можно было колдовать, не опасаясь, но он почему-то медлил. Его тревожило странное чувство, которого раньше он не испытывал, и потому интерпретировать его было невероятно сложно. Стиснув зубы, Том опустил Северуса, придерживая под спину одной рукой, и направил на него палочку. Он должен был стереть ему память. Стереть все, что могло бы напомнить мальчику о его здесь присутствии. Но сделал вовсе не это. Том произнес заклинание, но не стер воспоминания о себе, а лишь добавил ему картинки того, как они ехали обратно в пригород, после чего аккуратно разбудил.
— Ну вот, ты почти дома, — сказал Том.
— О, — Северус поморщился, ничего не понимая, но, оглянувшись, успокоился. — А… Это все? Точно все?
— Точно. Я больше не приду. — Том поднял взгляд к мрачному дому и нахмурился, заметив вышедшую им навстречу фигуру. К ним спешила худая женщина в старом платье. И чем ближе она становилась, тем очевиднее было ее сходство с Северусом. Мать, не иначе. — Вон и твоя хорошая мама. Видимо, и правда, волновалась, — хмыкнул Том.
— Пообещай, — вдруг быстро прошептал Северус, тоже увидев маму, — пообещай, что не выкинешь цветы! Или хотя бы похорони их в красивом месте.
— Нет, — холодно отрезал Том. Северус вздрогнул, но только понурил голову.
