— Нет, — возразил Маршал, но пояснять не стал.
— В совете двадцать семь человек. Равенство голосов невозможно. Либо отказ, либо утверждение. Что я, должен тянуть из тебя слова? Я не в настроении играть в шарады, Маршал! Если не хочешь присоединиться к Селвину в роли садовника, то объясни ситуацию.
— Совет не пришел к единому решению, потому один из членов отказался голосовать, пока заявитель лично не выступит со своим предложением.
— Кто посмел?
— Принц.
— Мы можем поставить его на место?
— Маловероятно. У нас нет рычагов давления.
— Семья? Дети? Внуки?
— Никого. Сын и жена мертвы. Дочь отреклась.
— Ну так в твоих интересах найти этот рычаг! Я не собираюсь плясать под дудку старика. Мне достаточно Дамблдора, который всем бочкам затычка. У Принца должны быть ценные активы. Лишим его всего достатка. Пусть тогда попробует проголосовать против моего предложения. В противном случае, просто сдохнет от голода. Прочь с глаз.
— Да, Милорд, я постараюсь решить эту проблему, — кивнул Маршал и направился к воротам. А Том остановил взгляд на Селвине. Финеас вздрогнул, от этого взгляда хотелось укрыться, спрятаться как можно дальше. Лорд вновь был не в настроении. Что на этот раз? Что-то не получилось с мальчиком? Финеас подобрался. Ему очень бы хотелось думать, что мальчик не сдался так сразу.
— Я сказал выкопать пруд, а не скважину к центру Земли. Заканчивай тут и возьми это, — Том протянул Селвину горшок. — Если хоть один цветок в этом горшке завянет, количество пальцев у тебя на руках заметно уменьшится. — С этими словами он резко развернулся и направился к дому, а Финеас так и остался стоять посреди ямы, удивленно прижимая к груди прелестные фиалки.
Его хватило на полторы недели. Какой позор. Том зло смял попавшийся под руку лист с чьим-то отчетом, резко поднялся из-за стола и широким шагом направился к двери. Зачем ему это было нужно? Он не знал и сам. Он должен был выкинуть мальчишку из головы в ту же секунду, как навсегда попрощался с ним, но нет же… Почему-то Том никак не мог забыть этих чертовых невинных глаз, напрочь лишенных страха к нему, этой теплой улыбки, подаренной ему одному… и почему-то он никак не мог забыть синяков, своим видом отравляющих бледную кожу худеньких бедер.
Нет, Тому ни в коем случае не было жалко этого мальчишку. Однако странная мысль витала где-то в сознании и мозолила на подкорке. Эта мысль все время возвращала к словам Северуса о том, кто его тронул. А ведь у его отца вновь должны были быть выходные. Значило ли это, что в доме вновь собиралась всякая шваль? Скорее всего, что так. Том не понимал сам себя, но ему было жизненно необходимо проверить. И сейчас, стремительно шествуя по коридору собственного поместья, он задавался только одним вопросом: «Что, собственно, он хочет проверить?!».
— Бездельничаешь? — Том остановился перед задремавшим в холле Финеасом. Тот дернулся, как от удара, подскочил на ноги и зло встретил взгляд хозяина.
— Отдыхаю, — возразил Финеас, надеясь, что его голос звучит достаточно твердо. Надо заметить, полторы недели выдались для него достаточно спокойно. Лорд не лютовал и не наказывал физической расправой. Да даже и не физической. С того фееричного возвращения с фиалками в руках Лорд с головой ушел в работу, едва ли обращая внимание на своего раба.
— Неужели? А ты так устал? — холодно протянул Том в ответ. — Не вижу трудов твоей тяжелой деятельности. Похоже, я дал тебе ложное представление о твоем новом быте, дал возможность непозволительно расслабиться. — На этих его словах Финеас гневно сжал кулаки. — Соскучился по наказанию? Так я обеспечу тебе его сегодня вечером.
— Что, устал изображать адекватного человека? — выплюнул Финеас. — Или просто ищешь повод, чтобы оправдать свою жестокость? Ты чертов монстр, питающийся чужими страданиями.
— Кстати, о страданиях, — усмехнулся Том, — помнится, я обещал рассказывать тебе о мальчике. Я как раз иду к нему. — Финеас напрягся, невольно бросив взгляд на маленький горшочек славных фиалок, приютившийся в углу. Эти цветочки, неожиданно вверенные в его руки хозяином, были странным символом его новой жизни. Эти фиалки были совершенно неволшебными цветами, как они оказались у Лорда — большая загадка, но они выжили в его руках. И теперь Финеас не позволит им умереть, не из-за приказа, а из-за того, что верит, он, как и эти цветы, сможет выбраться из заточения.
— Славно, прошло уже столько дней, а мальчик беспризорник так и не пал к тебе в ноги? Ты даже с маленьким магглом управиться не можешь, а все кричишь о своей силе! — Финеас прямо встретил взгляд ледяных глаз, но не заметил в них никаких изменений. Казалось, слова Финеаса только развеселили монстра. И радость от того, что мальчик еще жив, тут же омрачилась осознанием, что Лорд не собирается отступать.
