— Это должен быть надежный человек, — отозвался Том, пронизывая Абраксаса более чем говорящим за себя взглядом.
— Я могу вызвать своего семейного целителя. Льюис будет держать язык за зубами, — заверил Абраксас в ответ.
— Вызовешь его завтра к себе, я приведу Северуса. Иди, Абраксас. Сегодня ты мне больше не понадобишься.
— Я хотел отвезти Люциуса в Норвегию, — напомнил Абраксас, — когда ты дашь свое разрешение?
— Как только Маршал даст о себе знать, так сразу.
— Я что-то пропустил? Маршал исчез? — нахмурился Абраксас. Он был уверен в Розье, сбежать тот не мог. Лорд дал ему поручение? Что-то случилось на пути к цели?
— Он должен был выполнить одно мое поручение, — отозвался Том задумчиво, — однако я не рассчитывал, что это может занять так много времени. Кроме того, он даже не выходит на связь. Впрочем, если у тебя получится отыскать его раньше меня, то можешь отправляться в Норвегию хоть в тот же день, — дал свое разрешение Том и кивнул, отпуская. Впрочем, когда Малфой уже был на пороге гостиной, он остановил его: — Еще кое-что, Абраксас, — добавил Том словно бы даже задумчиво, — я не сомневаюсь, на днях мне придет заявленное Дамблдором обвинение. Твой целитель сможет официально заверить состояние Северуса?
— Да, конечно, он действующий сотрудник Святой Агнес в Румынии. Подписанный им документ будет считаться официальным. В Англии в том числе, — согласился Абраксас и вновь нахмурился. — У тебя есть какие-то мысли на этот счет?
— Так, пара незначащих идей, — отозвался Том и качнул головой, намекая на то, что сейчас обсуждать этот вопрос не видит никакого смысла. Ему надо было подумать. Желательно, в одиночестве. — А теперь иди.
— Северус спрашивал меня, умеешь ли ты играть в шахматы, — неожиданно добавил Абраксас, прежде чем выйти в холл, — до завтра, Марволо.
Том удивленно нахмурился, не совсем понимая, причем тут шахматы, но уточнять уже не стал. Не до того. Его мысли были заняты более важными вещами. Например, он думал о том, что совершенно не знает, как ему быть дальше. Нет, он точно знал, что он должен делать, учитывая борьбу с Принцем. Он знал, кого надо навестить, что узнать, что потребовать, чтобы у Визенгамота не было и шанса отобрать у него ребенка. Но что делась с самим Северусом? Его надо было чем-то занять на первое время. Маггловская школа более ему без надобности. Но нанимать учителей-волшебников пока слишком неосмотрительно. Учить самому? Абсурд. Том никого никогда не обучал. Что ж, этим вопросом надо было озаботиться как можно скорее. А пока… у него достаточно и других забот.
Решив что-то для себя, Том вышел в коридор, подошел к лестнице на второй этаж и остановился, обратив внимание на Финеаса, кажется, даже не сдвинувшегося с места. При виде отрешенного раба внутри Тома поднялось раздражение. Растерянность от осознания, что ему хочется сделать жизнь Северуса лучше, действительно хочется, вместе с тем поднимала злость. Еще пара мгновений, и эта злость перерастет в настоящий гнев. Том всегда быстро выходил из себя. И, самое главное, никогда не сдерживался. Он ведь наслаждался страхом в глазах людей. Он ведь искренне любил, когда даже считавшие себя по-настоящему сильными люди падали на колени. Когда их лица искажали боль и отчаяние. Любой, кто посмеет разозлить его, поплатится кровью.
— А-а! — Финеас изогнулся от пронзившей тело боли. Его глаза широко распахнулись, а рот открылся в крике. Хриплом, надрывном вое. Впрочем, боль быстро оставила его.
— Всего лишь короткое напоминание, — объявил Том, наслаждаясь видом поверженного, сломленного человека. — В моем присутствии тебе запрещается уходить в себя. Не смей игнорировать меня, игрушка. Мне не доставляет удовольствия наблюдать за безжизненным овощем. Думаю, Северусу это тоже не понравится. — Финеас в ответ хрипло рассмеялся. В его глазах стояли слезы.
— В кого ты собираешься превратить этого светлого ребенка?! — воскликнул он. — В монстра, подобного тебе самому? Ты чертов ублюдок, извращающий все на своем пути! — хрипел Финеас, и слезу уже градом катились по его щекам. — Заберешь его душу и сотрешь весь тот свет, что в нем есть? Ты хоть осознаешь, что ты делаешь?!
— Его душа уже полностью принадлежит мне, — спокойно заявил Том и усмехнулся, наслаждаясь. — Ты же все видел, Финеас. Он выбрал меня. Он так жался ко мне, проливая горькие слезы, и просил… просил, умолял не оставлять его. Он желает быть рядом со мной, делать то, что я ему прикажу. И я, будь уверен, научу его, как правильно обращаться с подобными тебе крысами. Северус станет прекрасным дополнением моей коллекции волшебников. Я разовью в нем его врожденные таланты, и они будут всю жизнь служить на пользу лишь мне одному. А ты будешь наблюдать за этим, — хмыкнул Том и отвернулся от более неинтересного ему собеседника. Он чувствовал ненавидящий взгляд, которым Финеас прожигал его затылок, но уже не ожидал ответа, к тому же такого, который бы смог его удивить, или заставить проявить иные эмоции. Но Финеас смог.
