– Это моя жена Катя, – продолжал он, кивнув на фотографию с траурной лентой, стоящую на столе рядом с диваном. – Мы прожили почти двадцать лет, и я только сейчас понял, насколько она была нужна мне. Два последних года она сильно болела. У нее было слабое сердце. Вот тогда-то это все и случилось. У меня никогда не было романов на стороне, так, случайные связи, например, в командировках или на пьяных гулянках, которые часто практикуются среди нашего брата. После одной из таких пьянок меня и засняли с какой-то девицей. Я ее потом так и не нашел. Через неделю после этого мне прислали фотографии и потребовали денег. Момент был самый удачный для шантажистов: моя жена перенесла второй инфаркт и только что выписалась из больницы. И мне пришлось раскошеливаться, потому что такого удара она бы не перенесла. Деньги были переданы анонимно, и, хотя я подключил своих людей, все было организовано настолько ловко, что поймать шантажиста в момент получения денег не удалось. Меня, разумеется, предупредили, чтобы я не предпринимал никаких попыток к расследованию, но оставить это безнаказанным я не мог. Я начал потихонечку наводить справки, проверять разные свои догадки. Вот тогда-то впервые в поле моего зрения попала некая Кобзева Римма Михайловна.
– Почему именно она? Ведь она – директор брачного агентства? – спросила я.
– Это она теперь директор агентства, а раньше была известной в городе проституткой, в постели которой побывали многие влиятельные люди. В отличие от большинства своих коллег, она не опустилась и не спилась, а сделала карьеру: организовала тайную контору по поставке девочек на гулянки для больших людей. Брачную контору она открыла, видимо, для официального прикрытия. Именно Римма тогда и привела девочек к нам на пьянку.
Карташов замолчал и снова налил себе виски. Удивительно, но он почему-то совсем не пьянел.
– Когда Катя умерла, я сразу активизировал поиски, но, кроме Риммы, зацепиться мне было не за кого, да и ее я подозревал чисто интуитивно. Но все же я установил за ней слежку.
– Это ваши люди чуть не убили меня на ее даче? – воскликнула я, пораженная догадкой.
Карташов нахмурился.
– Они погорячились. Во-первых, ваш приятель, не знаю кем он там вам приходится, грубо с ними обошелся. А во-вторых, они подумали, что вы изъяли у Риммы какие-то важные документы, которые могли представлять для меня интерес. Вы должны извинить их за это.
– Ничего себе, – возмутилась я, – они меня чуть не застрелили, а я должна их извинить, потому что они, видите ли, погорячились.
– Вы ввязались в мужскую игру, очень жесткую и опасную. Нечего теперь слюни распускать по поводу того, чего не произошло. А зачем ты вообще пришла ко мне? – неожиданно перейдя на «ты», спросил он.
– Я же вам сказала, – ответила я.
Карташов подошел ко мне совсем близко и, нагнувшись, заглянул прямо в глаза.
– Нет, – протянул он, водя пальцем перед моим лицом. – Ты пришла не только для того, чтобы вернуть компромат. Признайся, ты ведь хочешь, чтобы я, как бешеный пес, бросился на твоих преследователей и разорвал их на куски? Похоже, ты не видишь другого пути избавиться от них?
Я промолчала: ответить мне было нечего. Молчал и Карташов. Он отошел от меня к столу и несколько секунд молча смотрел на фотографию жены. Потом снова повернулся ко мне и спокойным голосом произнес:
– Ну, ты угадала и пришла по адресу. Я именно тот, кто тебе нужен.
В комнате снова воцарилось молчание, однако после этих слов вице-мэра на душе у меня полегчало. Карташов подошел к телефону и набрал номер.
– Андрей, – произнес он в трубку, – ты мне очень нужен. Немедленно приезжай… Да-да, очень важное дело. Жду тебя.
Положив трубку, он спросил меня:
– Что ты собираешься делать с остальными кассетами и снимками, попавшими к тебе в руки?
Я пожала плечами и сказала:
– Мне они не нужны. Разошлю их жертвам шантажа.
– Хорошо, – сказал Карташов, – только дай мне список. Это важно для дела.
Я протянула ему бумагу с фамилиями. Он быстро посмотрел ее и вернул, сказав:
– Двое из них, возможно, будут нам полезны.
Через сорок минут в квартире появился высокий стройный мужчина лет тридцати пяти.
– Это Андрей, – познакомил нас Карташов, – а это Ольга.
Втроем мы уселись за стол, и Карташов принялся излагать нам план дальнейших действий. Через час я покинула квартиру вице-мэра. На прощание Карташов сказал мне:
– Делай все, как договорились, и ничего не бойся.
– Хорошо, – ответила я, – значит, завтра в девять на стоянке автобуса около университета.
И, попрощавшись, вернулась к заждавшимся меня Петру и Артему.
– Ну что? – спросили они меня одновременно.
– Надеюсь, что все будет нормально, – сказала я. – А сейчас поехали к тебе, Петр. Сегодня мы ночуем у тебя.
Петр посмотрел на Артема и сказал:
– У меня для троих, наверное, места не хватит.
– Ничего, – ответил Артем, – я и на полу посплю.
