К рассвету я отключаюсь, словно накачалась седативными, и проваливаюсь в темный тоннель, кроличью нору, где нет ни звуков, ни запахов. Здесь опасно. Хищный взгляд прожигает спину невидимыми лучами. Большая мужская ладонь подкидывает монетку, и та несколько секунд крутится в воздухе. Вся жизнь сосредоточена в этой монете, точнее, в том, какой стороной она упадет вверх. Мужчина улыбается, но это не выражение дружбы. Он хищник. Он охотится – на меня. Я не способна сопротивляться, хотя пытаюсь. Я будто в непроницаемом коконе, из которого не выбраться, как ни бейся. Хищник приближается. Я выпархиваю из тела, куда-то под потолок, лечу в сторону, превращаюсь в тень. Перед глазами все плывет и исчезает. Я падаю в темноту, в неизвестность. Падаю и падаю…
Я просыпаюсь резко – за несколько футов до падения, вся вспотевшая. Откидываю одеяло, под ним стройное тело в бледно-розовой сорочке. Вот черт!
Я будто побывала в предсмертной агонии. Кто этот хищник? Надеюсь, это просто кошмар, и надеюсь, что Пенни не катается на этих американских горках каждую ночь. Так и спятить недолго.
С каждой минутой мозг запутывается все сильнее. Я словно выпотрошенное пугало. Замешательство – миксер для мозгов.
Да заткнись ты!
Тащусь в ванную, где с полок с подозрением смотрят флакончики и баночки всевозможных цветов. Принимаю душ, выливая на себя такое количество геля с запахом дыни, что от него подташнивает. Заворачиваюсь в белый махровый халат и чищу зубы, на этот раз не до крови.
Спускаюсь на кухню, где по-прежнему ожидает только низкокалорийная еда. Порыскав в ящиках, нахожу тосты и щедро смазываю их низкокалорийным сыром. Съедаю все и запрещаю себе брать добавку. Я больше не посмею еде взять надо мной верх.
Светская хроника пестрит вчерашними фото папарацци, где Итан прикрывает меня собой у дверей офиса Элайзы. Ничего себе! Так вот зачем Пенни эти брюки-убийцы – попа в них выглядит отпадно. Так отпадно, что заголовок статьи я замечаю уже после, отчего сердце бьется с удвоенной силой.
Юная старлетка, услышав имя известного писателя, призналась, что не имеет понятия, о ком идет речь. Удивительно, что у молодых звезд такая короткая память. Напомним, Ричард Бэрлоу – всемирно известный писатель и автор истории, которая принесла актрисе известность. Экранизация романа-бестселлера «Планета Красной камелии» принесла создателям более полутора миллиарда долларов, а самой актрисе – семь миллионов (такой гонорар она получила за первый фильм). Очевидно, что в будущем суммы будут расти. Если, конечно, после подобных высказываний Пенни Прайс останется частью проекта.
Но я не говорила ничего подобного!
Впервые за последнее время я сказала правду, и это тут же вылезло боком.
В дверь тарабанят. Я вздрагиваю.
На пороге ожидает Кара в кремовом костюме, голубые глаза пылают огнем.
– Я объясню! – тут же выпаливаю я.
Мрачно взглянув на меня, она проходит в гостиную и кладет коробку с новым айфоном на диван.
– Ты говорила с ними, верно, – холодно отмечает она, глядя в окно.
По тону я понимаю, что «они» – это папарацци, а «говорила» означает «открывала рот не там, где следует».
– Я не говорила ничего такого…
Она резко поворачивается.
– Ты крутишься в этом мире с рождения и хорошо знаешь его законы. Какое первое правило знаменитости?
Я медлю с ответом.
– Надевать трусы?
Кара теряется.
– Это второе. – Она подходит ближе. – Не обращать внимания на папарацци, – она жестко отчеканивает каждое слово, – и уж тем более не отвечать на их вопросы. О чем ты только думала?
– Они… все извратили.
– Естественно! – обессиленно восклицает она.
– Тогда почему ты злишься на меня, а не на них?
– Потому что это их работа, а твоя – следить за собственным языком. И ты с ней не справилась.
Я-то думала, работа Пенни – притворяться другими людьми.
Она меряет комнату шагами.
– Ладно, – вздыхает она и останавливается, – от Элайзы я получила нагоняй и осталась жива, значит, это мы переживем.
Повисает долгое, мучительное молчание, хотя, пожалуй, «мучительное» слишком громкое слово, скорее неловкое.
– Как и обещала, новый телефон, – кивает она на коробку. – Я распаковала его и внесла необходимую информацию, так что тебе не придется тратить время.
– Спасибо.
– Где Итан? – вдруг интересуется Кара и оглядывает комнату, что кажется довольно глупым, будто Итан прячется под диваном или за картиной, но потом до меня доходит: она ищет не его, а свидетельства его присутствия.
